столешников переулок история названия

Содержание

Столешников переулок :: История

Столешников переулок – переулок в Центральном административном округе города Москвы. Проходит от Тверской площади до улицы Петровки, пересекает Большую Дмитровку, идёт параллельно между Тверским проездом и Камергерским переулком, далее переходящим в улицу Кузнецкий Мост. Название переулка дано по устаревшему названию скатерти – столешник, изготовлением которых занимались жившие здесь с XVII века ткачи.

До 1922 года здесь было два переулка: Космодамианский – от Тверской улицы до Большой Дмитровки и Столешников – от последней до Петровки. Так как Космодамианских переулков в Москве было несколько, оба переулка слили под общим названием Столешников, тем более, что они продолжали по прямой линии друг друга.

Впервые Столешников переулок, как Рождественская улица, упоминается в духовной грамоте Ивана III в 1504 году. Но стоявшая уже в первой половине XIV века церковь Космы и Дамиана, что в Шубине, и наименование в XVIII веке переулка Шубиным заставляют предполагать, что переулок существовал в XIV веке и что здесь именно находился двор знатного человека Иакинфа Шубы, скрепившего своей подписью духовную грамоту Дмитрия Донского в 1389 году.

Название второй части переулка – Рождественская улица и позже Столешников переулок было дано по церкви Рождества богородицы, что в Столешниках, стоявшей на углу Петровки и снесённой в советское время.

В XVIII веке в переулке находились дворы титулованной знати и видных чиновников: князей Долгоруковых, Трубецких, Козловских, директора Каменного приказа П.Н. Кожина и др. Большинство дворов имело уже каменные постройки – палаты, окружённые деревянными службами и фруктовыми и декоративными садами. Лавок на улице ещё не было.

Дворы причта церквей, стоявших в переулке, были застроены сплошь деревянными зданиями, притом очень скученно, что постоянно угрожало пожаром. Сосед дворов причта церкви Воскресения по Большой Дмитровке князь Семен Мещерский, очевидно опасаясь пожаров, с согласия синодальной конторы перенёс за свой счёт деревянные строения причта на другой угол Столешникова переулка с Большой Дмитровкой, а освободившийся от них участок церковной земли взял в долгосрочную аренду.

После пожара 1812 года все деревянные постройки в переулке были заменены каменными. Каменные домики, построенные причтом церкви Воскресения, до сего времени стоят на углу Столешникова и Пушкинской, выделяясь своею дряхлостью среди других, в общем хороших домов XIX века.

Двор князя Козловского на углу Большой Дмитровки (№15) был занят типографией С.А. Селивановского – одной из самых известных в Москве в первой половине XIX века. Владелец её был близок к декабристам и после их процесса состоял под секретным полицейским надзором. В его изданиях принимал участие друг А.С. Пушкина – поэт-декабрист В.Г. Кюхельбекер. В 1830-х годах у сына издателя устраивались литературные вечера, которые посещались В.Г. Белинским, В.П. Боткиным, А.В. Кольцовым, П.С. Мочаловым, М.С. Щепкиным, композитором А.Е. Варламовым, известным медиком Ф.И. Иноземцевым. Дом подвергся ряду перестроек, существенно изменивших его облик. Напротив, через Большую Дмитровку, был винный магазин Леве, просуществовавший здесь около 100 лет. Большая часть домов перешла в руки купцов, открывших в нижних этажах по переулку галантерейные лавки, кондитерские и др.

Особенно увеличилось количество лавок во второй половине XIX и в начале XX века. В переулке не было положительно ни одного окна и двери в купеческих домах, где не велась бы какая-либо торговля. На пасхальной неделе в этих магазинах открывалась самая интересная в городе «продажа остатков» от зимнего сезона. Купцы стремились сбыть залежавшиеся материи и галантерею, несколько снизив цены на них. Впрочем, не всегда. Рассказывают в виде анекдота, что когда приказчик спросил одного купца, какую цену назначить за материю, продававшуюся по 10 руб. за аршин, тот ответил: «Обозначь: прежде 15 руб., теперь 10 руб.» И это не только анекдот: рассчитывая на профанов, которые в изобилии заполняли в это время магазины, купцы устанавливали какие угодно цены на свои товары.

Тогда же в переулке были построены новые дома в 5-6 этажей, с благоустроенными квартирами, сдававшимися внаём, и здесь поселилось много лиц свободных профессий и высших торговых служащих. В доме №9 с 1881 по 1935 г. жил известный журналист и писатель В.А. Гиляровский, о чём говорит помещённая на доме мемориальная доска.

В первые годы Советской власти все торговые помещения в переулке были обращены в склады, но потом в них открыли магазины. В СССР Столешников переулок был известен прежде всего своими книжными магазинами – его букинистические лавки считались лучшими в Москве. После распада Советского Союза переулок постепенно облюбовали фешенебельные бутики и магазины различных западных брендов, он стал одним из самых дорогих мест покупок в Москве – наряду с Третьяковским проездом и Барвихой. В 2007 году одна из консалтинговых компаний признала его второй по дороговизне торговой улицей в мире после Елисейских Полей в Париже.

Всё об истории Столешникова переулка

Когда в Москве появился Столешников переулок? История (происхождение) переулка и его названия.

Почему Столешников переулок назвали Столешниковым? Откуда пошло это наименование, в честь чего переулок так назвали?

В каком округе и районе Москвы находится улица Столешников переулок и какое рядом с ним метро?

Источник

Топ-10 отелей на карте в Столешниковом переулке — Как добраться, Схема проезда

Столешников переулок расположен в Москве между двумя улицами – Тверская и Петровка. Ближайшими станциями метро являются «Театральная», «Охотный ряд», «Тверская» и «Пушкинская».

До 1922 года нынешняя улица разделялась на сам Столешников переулок, а также на Космодамианский. Из-за имевшихся в Москве двух переулков с именем последнего, было решено объединить расположенный в центре со Столешниковым переулком.

lazy placeholder
Фото 1. Столешников переулок со стороны Большой Дмитровки

История

Вплоть до 1922 года на месте нынешнего Столешникова переулка находились два более коротких: собственно Столешников шёл от Петровки до Большой Дмитровки, а переулок от Большой Дмитровки до Тверской носил название Космодамианского

, по церкви Космы и Дамиана в Шубине.

Первое упоминание о переулке (известном тогда как Рождественская улица

) содержится в духовной грамоте Ивана III 1504 года. Рождественской улицей переулок назывался по церкви Рождества Богородицы, что в Столешниках, стоявшей на углу с Петровкой[1].

Ещё в XVII веке здесь находилась ремесленная слобода ткачей, «Столешники», но в XVIII веке в переулке уже стали располагаться дворы знати и видных чиновников: князей Долгоруковых, Трубецких, Козловских.

Переулок был застроен теснящимися вплотную деревянными домами, что таило угрозу пожара. Опасаясь огня, князь Семён Мещерский, домовладение которого располагалось по соседству с дворами церкви Воскресения по Большой Дмитровке, перенёс деревянные строения на другой угол Столешникова переулка, а освобождённый участок церковной земли взял в долгосрочную аренду[1].

XIX век

После пожара 1812 года вместо деревянных домов в переулке были построены каменные (несколько таких небольших каменных домов, построенных при церкви Воскресения Словущего, и сейчас стоят на углу Столешникова переулка и Большой Дмитровки). Во дворе князя Козловского, на углу с Большой Дмитровкой (дом № 15), в первой половине XIX века размещалась известная типография Селивановского.

Во второй половине XIX и в начале XX веков в переулке стали преобладать магазины и купеческие лавки. На пасхальной неделе в этих магазинах велась самая интересная в городе «продажа остатков» от зимнего сезона — залежавшиеся ткани и галантерейные товары распродавались по сниженным ценам. В это время в Столешниковом появились новые 5-6-этажные доходные дома с благоустроенными квартирами, в которых селились лица свободных профессий и торговые служащие с высокими доходами[1].

XX век

В первые годы после Октябрьской революции все торговые помещения Столешникова переулка стали складами, но со временем в них снова открылись магазины.

В 1922 году Столешников переулок увеличили вдвое, распространив его название и на Космодамианский переулок под предлогом того, что такой переулок в Москве уже имеется (одновременно были переименованы Старосадский и Старопанский переулки).

В 1930-х годах была снесена церковь Рождества Пресвятой Богородицы в Столешниках, по которой переулок в старину носил название Рождественской улицы

В 1970-х годах на месте дома, где размещалась Тверская полицейская часть, было возведёно здание Института марксизма-ленинизма, перед которым был разбит сквер с фонтаном. На углу с Тверской улицей, тогда называвшейся улицей Горького, выросло многоэтажное жилое здание, полностью преобразив начало переулка[1].

Наше время

В советские годы Столешников переулок был известен прежде всего своими книжными магазинами — его букинистические лавки считались лучшими в Москве. После распада СССР переулок постепенно облюбовали фешенебельные бутики и магазины различных западных брендов, он стал одним из самых дорогих мест покупок в Москве — наряду с Третьяковским проездом и Барвихой. В 2007 году консалтинговая компания Jones Lang LaSalle

признала его второй по дороговизне торговой улицей в мире после Елисейских Полей в Париже[2].

Хотя в 1990-х годах бытовала уверенность в том, что возродится прежняя историческая улица роскоши, Кузнецкий Мост, привлекавший своими модными магазинами богатых покупателей ещё с конца XVIII века, такие и «ДжамильКо» посчитали его слишком шумным и проходным местом, предпочтя Столешников переулок. В феврале 1993 года здесь открылся первый магазин дорогой итальянской обуви — Crocus

. В 1998 году «ДжамильКо» на другом конце переулка, на его чётной стороне, открыло первый в России монобрендовый бутик
Christian Dior
. 15 декабря 2000 года здесь открылся первый в Восточной Европе бутик
Hermès
и магазин
Les Copaines
. В 2002 году открылись магазины
Salvatore Ferragamo
,
Emanuel Ungaro
и
Louis Vuitton
; в 2003 году —
Cartier
, в 2005-м —
Van Cleef & Arpels
, в 2006-м —
Piaget
,
Montblanc
и первый в России собственный бутик
Chanel
(до этого эксклюзивным правами на торговлю продукцией этой марки в России обладала компания
Mercury
).

Является самой дорогой по уровню цен на аренду улицей в России на 2020 год. Из-за отсутствия автомобильной парковки и зафиксированной в валюте ставки арендной платы, некоторые марки закрывают свои магазины и бутики[3].

Старинный Столешников

Переулок известен с 1504 г. Именно эта дата стоит под первым упоминанием о нем в указе государя Ивана III. Правда, улочка тогда носила название Рождественской, по наименованию церкви, что украшала эту часть стольного города вплоть до 30-х гг. XIX в. Позже появилось нынешнее название – Столешников. Каково значение этого давно позабытого слова? Оказывается, когда-то «столешником» называли скатерть

. Жили здесь искусные ткачи, чьи великолепные творения украшали, говорят, даже царские столы. Позднее улочку заселили представители и других профессий, а название осталось.

По Столешникову надо непременно гулять пешком. Приехав в Москву, остановитесь в одной из гостиниц, расположенных поблизости от центра города – скажем, в «Брайтоне». Находится этот комфортабельный отель недалеко от метро «Аэропорт», так что добраться до любой московской достопримечательности будет легко — всего 3-4 остановки “подземки”. До Столешникова можно доехать и на машине – в выходные это займет минут 20. Отправляемся на прогулку?

С XVII в. до конца XIX в. (и даже – до начала XX столетия) переулок славился торговыми домами и лавочками. Казалось, все столичные купцы и владельцы ремесленных мастерских собрались здесь. Золотые и серебряные украшения можно было приобрести на фабрике И.Тимохина, сахаром разжиться – в магазине Демьянова, модную шляпку прикупить – в любой из 5 шляпных мастерских. А еще свежего чайку можно было испить у Постникова – в любое время его чайная возле церкви Рождества была открыта. Вкусный чай с хрустящей, только что испеченной булочкой быстро утолял голод загулявшихся путешественников. Если же требовалось что-то покрепче чая – ехали в винную лавку Леве. Приезжали специально, из самых отдаленных районов города, потому что знали: у Леве – только марочные вина и отменного качества дорогой коньяк.

Примечательные здания и сооружения

По нечётной стороне

По чётной стороне

Примечания[править | править код]

Магазины и учреждения переулка

Государственные учреждения
Главное управление архитектуры и градостроительства Московской области; Главное управление государственного строительного надзора Московской области, Фонд взаимопонимания и примирения при Правительстве РФ.

Также в переулке находятся различные бары и рестораны, туристические агентства, адвокатские бюро и прочие частные организации.

Переулок в произведениях литературы и искусства

Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена. Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники. Эта отметка установлена 14 июля 2020 года

Примечания

Поиск из-за границы Столешников переулок Москва на гугл карте

Как правило, зарубежные туристы не знают точных названий наших улиц и даже не представляют, где они могут находиться. Потому яндекс карты для них не подходят, и они используют привычные гугл карты на своем родном языке. Столешников переулок Москва на гугл карте обозначена без учета перевода и панорам, для этого нужно нажать соответствующую функцию на карте внизу. Гугл карты работают в двух режимах: вид со спутника и обычный вид карт по районам.

Распространенные способы улиц на гугл карте:

Источник

Столешников переулок история названия

Войти

Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal

Столешников переулок

Столешников известен не только москвичам, но и гостям города, но мало кто знает, что представлял собой этот переулок прежде, откуда пошло его столь звучное название, которое знакомо каждому обывателю.

Столешниковым этот переулок стал благодаря своей истории: дело в том, что в XVII веке здесь жили и работали ткачи, занимающиеся изготовлением скатертей для царского двора. В старину скатерти назывались столешниками — сейчас это слово можно найти лишь в словарях и в названии знаменитого переулка.

До 1922 г. здесь находилось два небольших переулка: Космодамианский — от улицы Горького (тогда Тверской) до Пушкинской (тогда Большой Дмитровки) и Столешников — от последней до Петровки. Так как Космодамианских переулков в Москве было два, оба переулка слились в один под общим названием Столешников.

Вот та часть, что ранее была Космодамианским переулком.

Впервые Столешников переулок как Рождественская улица упоминается в духовной грамоте ИванаIII в 1504 году. Название переулка — Рождественская улица было дано по церкви Рождества богородицы, что в Столешниках, стоявшей на углу Петровки и снесенной в советское время.

В XVIII веке в переулке находились дворы титулованной знати и видных чиновников: князей Долгоруковых, Трубецких, Козловских. Ни лавок, ни магазинов здесь еще не было. Дворы были застроены сплошь деревянными зданиями, плотно прижатыми друг к другу, что постоянно угрожало пожаром. Сосед дворов церкви Воскресения по Большой Дмитровке князь Семен Мещерский, из страха возникновения пожаров перенес деревянные строения на другой угол Столешникова, а освободившийся от них участок церковной земли взял в долгосрочную аренду.

Но после пожара в 1812-м году все деревянные постройки в переулке были заменены каменными. Каменные домики, построенные при церкви Воскресения, до сего времени стоят на углу Столешникова и Пушкинской площади. Двор князя Козловского, расположенный на углу Большой Дмитровки (№ 15), был занят типографией С. А. Селивановского — одной из самых известных в Москве в первой половине 19 века. В его изданиях принимал участие В. Г. Кюхельбекер. Дом подвергся ряду перестроек, существенно изменивших его облик.

Особенно увеличилось количество лавок во второй половине XIX и в начале XX веков. В переулке не было положительно ни одного окна и двери в купеческих домах, где не велась бы какая-либо торговля. На пасхальной неделе в этих магазинах открывалась самая интересная в городе «продажа остатков» от зимнего сезона. Купцы стремились сбыть залежавшиеся материи и галантерею, несколько снизив цены на них. Тогда же в переулке были построены новые дома в 5-6 этажей, с благоустроенными квартирами, сдававшимися внаем, и здесь поселилось много лиц свободных профессий и высших торговых служащих.

Читайте также:  навык молитва soul knight

В первые годы Советской власти все торговые помещения в переулке были обращены в склады, но позже в них открыли магазины.

Постройка на месте дома Тверской полицейской части здания Института марксизма-ленинизма, разбивка перед ним сквера с фонтаном, оформление угла переулка с улицей Горького многоэтажным зданием — все это создало великолепное начало переулка.

Источник

Столешников переулок – изысканность и очарование Москвы

Здесь часто встречаются молодые люди и девушки для романических свиданий, несмотря на то, что их родители переехали в Новое Бутово или в другой микрорайон, подальше от шумной Москвы. Да и пожилые супружеские пары, прогуливающиеся рука об руку в удивительном матовом свете предвечерних сумерек, здесь не редкость.

Однако современная роскошь прекрасно уживается с окружающей самобытной действительностью: удивительными старинными зданиями, потрясающими церквями, прекрасными двориками, словно сошедшими с древних гравюр.

Столешников переулок впервые упоминается в духовной грамоте Ивана III, написанной в 1504 году. Тогда на этом самом месте проходила Рождественская улица. Название церкви было дано в честь Церкви Рождества Богородицы, что в Столешниках. Она высилась на углу Петровки, но к несчастью оказалась трагическим образом снесена в советский период.

В 19-м и начале 20-го веков в переулке начали появляться новейшие дома, в пять-шесть этажей с благоустроенными и комфортными квартирами. В этих домах проживали высшие торговые служащие, местная знать и интеллигенция.

В Столешниковом переулке проживал известный московед, автор дореволюционных очерков Москвы : «Москва и москвичи», «Трущобные люди» — Владимир Алексеевич Гиляровский. Именно на данной улице автор проживал в своем знаменитом особняке, на котором ныне установлена мемориальная плита.

Теперь здесь живут родственники писателя. Атмосфера, кстати говоря, сохранена максимально реалистично, и прекрасно передает облик прошлых лет. Особняк по праву считается федеральным памятником, а квартира, где непосредственно проживал Владимир Гиляровский — московским памятником.

В 2003 году на этой прекрасной улице был открыт музейно-выставочный центр В. А Гиляровского. Ведь жизнь писателя была неразрывно связана с удивительным Столешниковым переулком.

В увлекательной экспозиции музея подробно представлены издания Гиляровского различных лет, включая его самые уникальные литературные работы.

В Столешниковом переулке, находится удивительный памятник культуры – Церковь Благовещения Косьмы и Дамиана. Построена она была в 1722 году. Ранее на данном месте располагалась другая деревянная церковь XIV века.

В те далекие времена на этом месте находился двор боярина Иакинфа Шубы, известного сподвижника Великого князя Дмитрия Донского.

Ныне Столешников представляет собой единство многовековой истории Москвы и нашей с вами действительности. Всюду здесь изящное соединение старинной архитектуры и веяний современного дизайна: старинных зданий, уютных двориков, кажется застывших в вечности и примечательных заведений, модных кафе, витрин, где выставлены яркие предметы моды, украшения.

etd empty img

Столешников переулок. Фото с сайта ru.wikipedia.org

Столешников буквально дышит волшебной поэтической ностальгией! Каждый дом, по сути, настоящий увлекательный рассказ, записанный пером лет на пожелтевших листах вечности. На каждом шагу здесь ощущается прикосновение к давно забытым, но неисчерпаемо прекрасным мгновениям нашей с вами волнующей истории.

В Столешниковом переулке всегда приятно прогуляться, замедляя шаги и затаив дыхание погрузиться в удивительную красоту окружающих образов! А можно присесть на одну из комфортных скамеек, которые расставлены вдоль домов, и немного передохнуть, слушать негромкую музыку местных уличных музыкантов, любоваться изысканными фасадами домов и думать о вечной, прекрасной и несравненно глубокой утонченности города Москвы.

Чудесных Вам прогулок!

Спасибо за использование нашего раздела комментариев.

Просим вас оставлять стимулирующие и соответствующие теме комментарии. Пожалуйста, воздерживайтесь от инсинуаций, нецензурных слов, агрессивных формулировок и рекламных ссылок, мы не будем их публиковать.

Поскольку мы несём юридическую ответственность за все опубликованные комментарии, то проверяем их перед публикацией. Из-за этого могут возникнуть небольшие задержки.

Функция комментариев продолжает развиваться. Мы ценим ваши конструктивные отзывы, и если вам нужны дополнительные функции, напишите нам на [email protected]

С наилучшими пожеланиями, редакция Epoch Times

Источник

Глава II Столешники Между Большой Дмитровкой и Петровкой

Между Большой Дмитровкой и Петровкой

Четыре переулка в этом районе города ограничиваются большими и оживленными магистралями — Большой Дмитровкой и Петровкой, старинной московской улицей, шедшей от городского торга у стен Китай-города к Высоко-Петровскому монастырю.

Самый короткий из всех переулков — Копьевский, бывший Спасский, переименованный в 1922 г. по церкви Спаса, «что в Копье», 1636 г., имевшей редкую для московских посадских церквей шатровую форму. Название ее объясняли тем, что тут, недалеко от Кузнецкого моста, жили мастера-копейщики, изготовлявшие копья, хотя никаких доказательств этому не найдено. Время ее возникновения неизвестно, но по документам она уже существовала в 1621 г. В 1812 г. храм ограбили французские оккупанты, но он уцелел, однако церковное начальство решило его закрыть и снести — приход был совсем уж маленьким, только три дома числилось в нем. В июне 1817 г. ее разобрали, а строительные материалы передали в Чудов монастырь для ремонта, а участок ее отвели под проезд при планировке Театральной площади. Переулок соединяет Большую Дмитровку и Петровку, но фактически оканчивается, выходя на Театральную площадь. Перед большевистским переворотом часть его, шедшая по площади и позади Большого театра, называлась Щепкинским проездом.

В маленький переулок выходят всего несколько зданий, два из которых стоят на двух углах с Большой Дмитровкой. На левом углу — под № 1/6 здание Театра оперетты.

В начале XVIII в. весь квартал (до улицы Кузнецкий Мост) занимала немалая усадьба Ладыженских, старинного рода, давшего многих служилых людей, а в середине века она принадлежала князьям Прозоровским, производившим себя от князей Ярославских. У них в усадьбе стояли обширные каменные палаты, которые, значительно перестроенные, еще видны, если войти на улицу Кузнецкий Мост и обернуться сразу же направо: они стоят в глубине небольшой площадки (№ 2). Это одно из немногих в Москве мест, связанных с А. В. Суворовым. В семье отставного генерала князя Ивана Андреевича росла дочь Варвара на выданье. Отец Суворова настоял на том, чтобы сын сделал предложение: помолвка состоялась 18 декабря 1773 г., а 16 января 1774 г. состоялась свадьба. Жизнь четы Суворовых не сложилась, они то сходились, то расходились, но последние годы жизни провели отдельно друг от друга.

В начале XIX в. усадьба перешла к князю Дмитрию Щербатову, сын которого Иван оказался замешанным в возмущении Семеновского гвардейского полка, он был знаком со многими декабристами, за сестрой его Натальей ухаживали Якушкин и Шаховской, в этом доме часто бывал его родственник Чаадаев. Судьба Натальи Дмитриевны Шаховской была не менее трагична. Совместная жизнь ее с Федором Шаховским была недолгой. После 14 декабря 1825 г. он просил отправить его в Петербург, как писал позже «желая ускорить оправдание мое перед лицом государя императора». Уехал в Петербург, оставил беременную жену и шестилетнего сына, не предполагая, что обратно уже не вернется.

Ссылка, беспокойство за семью, пережитые несчастья тяжело отразились на здоровье Шаховского. Он сошел с ума. В марте 1829 г. он был переведен в суздальский Спасо-Евфимиев монастырь, где отказался принимать пищу и умер 24 мая того же года. Оставшись с двумя детьми, Наталья Дмитриевна Шаховская прожила долгую жизнь, она умерла в возрасте 89 лет в 1884 г.

В середине XIX в. все владение оказалось в руках купцов Солодовниковых, один из которых, Григорий, полностью изменил всю застройку, построив здесь в 1894 г. большое театральное здание по проекту архитектора К. В. Терского. Здесь в спектакле мамонтовской оперы впервые пел Шаляпин, а дирижером выступил С. В. Рахманинов.

Угол Копьевского переулка занимает полностью перестроенный жилой дом (№ 2/4), состоявший из нескольких разновременных частей. Та, что выходила на Театральную площадь и в Копьевский переулок, была выстроена в 1897 г. по проекту А. Ф. Мейснера. В доме жили хормейстер Большого театра У. И. Авранек и исследователь творчества Л. Н. Толстого, автор книги «Л. Н. Толстой в Москве» Н. С. Родионов. Дом был отмечен мемориальной доской в честь А. А. Горского, реформатора старого классического балета, жившего здесь в 1906–1924 гг., но это, конечно, не помешало сломать дом. Теперь вместо этого дома, снесенного в 1995 г., построено театральное здание, а на угол Копьевского и Большой Дмитровки выходит лишь старый фасад.

За улицей Кузнецкий Мост (часть ее между Петровкой и Большой Дмитровкой называлась Кузнецким переулком) выходит следующий переулок — Дмитровский, который сохранил название древней дороги к Дмитровской слободе. До 1922 г. он назывался Салтыковским, по владельцу участка № 2/10 Сергею Васильевичу Салтыкову.

411381 2 09

Сергей Васильевич Салтыков

Имя его было связано с одной из самых охраняемых тайн русских самодержцев. Его назначили камергером двора великого князя Петра Федоровича (будущего императора), и, женатый на фрейлине императрицы Елизаветы Петровны, Салтыков сразу же занял видное месте при дворе. «Он был прекрасен, как день, — пишет Екатерина II, — и, конечно, никто не мог с ним сравниться ни при большом дворе, ни тем более при нашем. У него не было недостатка ни в уме, ни в том складе познаний, манер и приемов, какой дают большой свет и особенно двор. Ему было 26 лет; вообще и по рождению, и по многим другим качествам это был кавалер выдающийся; свои недостатки он умел скрывать: самыми большими из них были склонность к интриге и отсутствие строгих правил; но они тогда еще не развернулись на моих глазах».

Он был первым в длинном ряду фаворитов Екатерины II, и, как установлено в работе О. И. Иванова «Павел — Петров сын?», Салтыков, а не болезненный Петр Федорович и был отцом будущего императора Павла I. Правда, ходили разнообразные слухи: об одном таком сообщалось в статье «Исторического сборника вольной русской типографии». От Салтыкова Екатерина «родила мертвого ребенка, замененного в тот же день родившимся в деревне Котлах, недалеко от Ораниенбаума, чухонским ребенком, названным Павлом». Красавца Сергея Салтыкова тут же убрали из Петербурга, и послали за границу сообщить королю Швеции о рождении наследника престола, и потом определили по дипломатическому ведомству, посылая его то в одну европейскую столицу, то в другую, где он пользовался успехом, делая немалые долги. О нем мало что известно, и даже дата его кончины нигде не установлена.

Участок на углу Большой Дмитровки и Дмитровского переулка «Двора Его Императорского Высочества благоверного государя великого князя Петра Федоровича действительный камергер и нижнего саксонского округа чрезвычайный посланник» С. В. Салтыков купил за 300 рублей 7 мая 1756 г., а 24 мая его служитель подал челобитную о позволении постройки на порожнем участке «деревянного строения» — хором, трех изб с сенями, кухни, двух погребов, двух сараев, конюшни и амбара. Насколько известно, Салтыков не жил здесь, но известно, что его жена скончалась 24 апреля 1813 г. в Москве, в собственном доме, на углу Большой Дмитровки.

В 1858 г. Лев Николаевич Толстой приехал сюда зимой из Ясной Поляны вместе с сестрой и ее детьми. В тот же вечер (12 декабря) он посетил А. А. Фета и после посещения записал в дневнике: «Надо писать тихо, спокойно, без цели печатать». Тогда он увлекался педагогической деятельностью и пропагандировал новую систему обучения грамоте. Московский комитет грамотности пригласил его в Москву с тем, чтобы вынести свое суждение о его методе и сравнить его с другими. Через два дня после приезда Толстой давал пробный урок в школе при текстильной фабрике Ганешина на Девичьем поле.

Толстой жил в этом доме до весны следующего года, упорно — по 8 часов в день — работая над романом «Семейное счастье». Толстой уехал из Москвы 27 апреля 1859 г. и на протяжении следующих почти двух десятков лет приезжал в город лишь на короткие промежутки времени по неотложным делам.

В 1870-х гг. здесь располагалось Московское общество гимнастов, в 1890–1893 гг. редакция ежедневной «Московской иллюстрированной газеты» монархического направления, с литературными приложениями, где участвовали такие писатели, как Альбов, Буренин, Гнедич, Мамин-Сибиряк, Немирович-Данченко, Терпигорев, Ясинский; в 1920-х гг. располагалось издательство «Земля и фабрика»; в продолжение нескольких лет дом занимали гостиницы и меблированные комнаты, называвшиеся по-разно му: «Тулон», «Ноблесс» и последняя уже в советское время, в 1920–1930-х гг., — «Россия». В 1902 г. несколько месяцев в меблированных комнатах «Тулон» жил В. Я. Брюсов; тут останавливались также артисты Художественного театра Л. М. Леонидов и А. И. Адашев, руководитель известной в Москве театральной школы «Адашевка», где преподавали мхатовцы Л. А. Суллержицкий, Р. В. Болеславский, В. И. Качалов, В. В. Лужский и из которой вышли Е. Б. Вахтангов и С. Г. Бирман и другие известные артисты. Здесь жил певец, композитор и знаменитый вокальный педагог У. Мазетти, работавший в 1899–1919 гг. в Московской консерватории и обучавший таких певцов, как Барсова, Нежданова, Обухова, Политковский.

На другом углу Дмитровского переулка в доме № 1/12 были квартиры книгопродавца И. Д. Ступина и артиста Д. Т. Ленского, автора популярного водевиля «Лев Гурыч Синичкин». В этом памятном доме многие годы находилась великолепная коллекция египетского искусства и ценнейшая библиотека Александра Васильевича Живаго, врача, в течение 30 лет работавшего в Голицынской больнице и увлекавшегося египетской куль турой. Во время многочисленных поездок в Египет он сумел собрать значительную коллекцию, став ученым-египтологом. После Октябрьского переворота ему помогли устроиться работать в Музей изящных искусств, где он стал ученым секретарем и экскурсоводом, и спасти его коллекцию, которая в 1940 г. перешла по завещанию в музей вместе с библиотекой, диапозитивами и архивом.

Другой собиратель не менее известной коллекции, но не с такой благополучной судьбой жил рядом в доме № 3. Владельцем его был купец Е. Е. Егоров. Архитектор И. Е. Бондаренко, автор многих прекрасных зданий русского модерна, вспоминал, как на торжественном открытии нового читального зала в Историческом музее, который он проектировал, он «увидел какого-то неряшливо одетого человека лет 50, с нечесаной головой и свалявшейся бородой, одетого в порыжелый и потертый старомодный пиджак и в стоптанные сапоги, никогда, очевидно, не чистившиеся. Он представлял что-то крайне нелепое среди публики во фраках… Это был Егор Егорович Егоров, богатый купец, пожертвовавший свое замечательное собрание икон музею. Коллекция его была известна всей Москве; действительно, в этом собрании находились уникальные вещи, иконы новгородской и московской школ XV и XVI веков. Одинокий Егоров скучал в своем огромном доме. Когда скука его одолевала, он ехал в Рогожскую к иконописцам-приятелям, отыскивавшим для него редкие иконы… Печальная судьба Егорова облетела московские газеты. Одиноко живущий в большом доме в Салтыковском переулке (на Петровке), Егоров никого не пускал к себе, исключая знатоков иконописи. Молва о его богатствах побудила каких-то бандитов пробраться к нему и зарезать его. Поднявший тревогу мальчик помешал грабителям. Оказалось, молва была не без основания: все комнаты были заставлены не только иконами, но и ценными золотыми и серебряными старинными вещами; много было парчи и других тканей; в бочонках из-под селедки нашли золотые монеты, кучи жемчуга и драгоценных камней. Много нашли денег в кредитных билетах, в рентах и в выигрышных билетах». Произошло это в ноябре 1917 г.

Теперь книжная и рукописная часть коллекции Егорова хранится в Российской государственной библиотеке, а иконы — в различных музеях.

В Дмитровском переулке нет домов старше второй половины XIX в. Правда, вызывает «подозрение» дом, расположенный внутри участка № 3, — он может быть и весьма старым, но документального подтверждения этому нет. В этом доме в 1850-х гг. жил армянский писатель Микаэл Налбандян; в 1860-х гг. — Л. Ф. Минкус, композитор, автор известных балетов «Дон Кихот» и «Баядерка»; в 1880-х гг. — актриса Н. В. Рыкалова, дебютировавшая двадцатилетней девушкой в кусковском театре Шереметева и поступившая потом в труппу Малого театра. На его сцене Рыкалова прославилась исполнением ролей пожилых женщин, и А. Н. Островский специально для нее написал роль Кабанихи в «Грозе». Здесь также жил скрипач В. В. Безекирский, ведший здесь «Общедоступные скрипичные классы».

Другой дом напоминает о судьбе и трагической смерти знаменитого русского ученого, палеонтолога В. О. Ковалевского. За свою короткую жизнь — он прожил всего 40 лет — Ковалевский успел сделать очень много. Его труды заложили основу новой науки — эволюционной палеонтологии, им был открыт названный его именем закон развития организмов в процессе приспособления их к окружающей среде.

К сожалению, научной деятельности Ковалевского мешала, по выражению его биографа, «горячка легкой наживы». Как писал сам Ковалевский, его «засосала нелепая мысль — вот обеспечу себя материально и затем примусь на свободе за научную работу». В последние годы он, будучи сам честным человеком, оказался замешанным в финансовые махинации нефтяной компании «Рагозин и К о », и вскоре наступила трагическая развязка.

Читайте также:  история георгиевской ленты для детей кратко

Газета «Московские ведомости» сообщала: «Утром 16 апреля 1883 г. прислуга меблированных комнат „Ноблесс” по заведенному порядку стала стучать в дверь одного из номеров, занимаемого с прошлого года доцентом Московского университета титулярным советником В. О. Ковалевским, но, несмотря на усиленный стук, отзыва не было получено. Тотчас же об этом было дано знать полиции, по прибытии которой дверь была взломана. Оказалось, что Ковалевский лежал на диване одетый, без признаков жизни; на голове у него был одет гуттаперчевый мешок, стянутый под подбородком тесемкой, закрывающий всю переднюю часть лица».

411381 2 10

Владимир Онуфриевич Ковалевский

Меблированные комнаты «Ноблесс», где умер В. О. Ковалевский, находились в доме № 9, два этажа которого показаны на плане 1825 г. В 1887 г. тут квартировал артист Ф. П. Горев. Там же была и типография и словолитня товарищества «С. П. Яковлев». Здесь жил классик научно-популярной литературы Даниил Данин. В 1995 г. дом кардинально перестроили.

В другой гостинице «Сан-Ремо», которая находилась на месте дома № 7, с декабря 1917 по июнь 1918 г. жил В. В. Маяковский.

Хорошо отделанный дом под № 11 с двумя эркерами был выстроен в 1887 г. по проекту архитектора П. Ф. Красовского.

На правой стороне в перестроенном в 1880 г. доме (архитектор К. В. Гриневский) в 1911 г. находилась редакция популярного в Москве юмористического журнала «Будильник». Рядом находится дом № 6, в котором в 1850–1870 гг. жил А. С. Никитин — архитектор московских театров и Оружейной палаты.

Дмитровский переулок выходит на Петровку, на углу которой в здании (№ 8), стоявшем здесь ранее, в 1888 г. в семье врача С. Д. Шагиняна родилась дочь, названная Мариэттой. Она стала известной писательницей, которая не только выжила в мрачные годы сталинского террора, но и получала премии и ордена, а ведь она осмелилась написать, что «открыла» калмыков в родословной Ленина, за что ее книгу запретили. Хорошо еще, что она назвала деда Ленина Израиля Бланка украинцем. С 1909 г. тут при художественном магазине К. Лемерсье находилась известная в Москве картинная галерея, где каждый год с сентября по май проходили выставки русских и иностранных художников. Галерею закрыли в 1934 г., ее здание разобрали и в конце мая 1954 г. построили школу по индивидуальному проекту. Теперь здесь новый дом (2005 г., архитектор Д. В. Александров и др.).

Наверное, самым популярным из московских переулков был когда-то Столешников. Почти в каждом его доме магазин, ныне запрещено автомобильное движение через переулок, и пешеходы здесь полные хозяева. Московские архитекторы разработали проекты превращения его и прилегающих участков в единый торговый центр, но пока тут обосновались дорогие магазины иностранных фирм, в которых видны в основном слоняющиеся продавцы. Поэтому когда-то оживленный Столешников, куда со всей Москвы приезжали купить особенно вкусные пирожные и торты, хорошие вина или редкие книги, опустел и превратился в заповедник для состоятельных покупателей.

Название переулка возникло в связи со слободой, где жили столяры, называвшиеся «столешниками». Переулок носил и название Рождественского по церкви, стоявшей на небольшой площади у Петровки, а также Мамоновым и Вагиным по фамилиям домовладельцев. В 1922 г. Столешниковым стали называть и соседний Космодамианский переулок, шедший от Большой Дмитровки к Тверской. По сведениям известного исследователя Москвы Н. А. Скворцова, в 1668 г. Гранатный двор находился в «Столечниках на Петровке».

411381 2 11

Церковь Рождества Богородицы в Столешниках

У выхода переулка на Петровку стояла церковь Рождества Богородицы, выстроенная в основе своей в начале 1650-х гг., а ее шатровая колокольня — в 1702 г., но впоследствии церковное здание многократно перестраивали и изменяли. Ее трапезная и приделы были полностью перестроены в 1836–1841 гг. Церковь реставрировали в 1925 г. — восстановили старинное пятиглавие с кокошниками и… вскоре после реставрации снесли. В феврале 1926 г. в газете «Вечерняя Москва» можно было прочитать заметку под заглавием «Церковь, которую надо снести». В ней говорилось: «Все знают церковь на углу Петровки и Столешникова пер. Еще прошлым летом был поднят вопрос о сломке этой церкви, но вмешательство Главнауки при остановило разрешение этого вопроса. Главнаука на одном из куполов усмотрела признаки исторической ценности и никак не хочет лишить жителей Петровки этого „приятного” соседства. Мы получили несколько писем от читателей, в которых они настаивали на сломке этого, никому не нужного здания, от чего значительно выиграет уличное движение в этом районе». Конечно, мнение нескольких читателей уважили, а в архиве осталась запись: «Разборка закончена 15 сентября 1927 г.». Через семьдесят лет — в 1997 г. — на ее месте поставили небольшую часовню (архитектор А. Н. Оболенский).

Самое молодое здание в переулке — угловое с Большой Дмитровкой (№ 5/20), его начали строить еще в 1914 г., но из-за военного времени оно оставалось неоконченным, и только в 1925 г. его достроил кооператив «Правдист» по проекту архитектора Н. А. Эйзенвальда. В доме были квартиры замечательного мастера слова К. Г. Паустовского, его друга писателя Р. И. Фраермана, а также М. Е. Кольцова, Е. Д. Зозули. Здесь жила талантливый москвовед, автор интересных исследований по театральной Москве Н. А. Шестакова, написавшая очерк о доме и его жильцах. Дом этот находится на месте усадьбы, принадлежавшей в конце XVIII в. генерал-аншефу графу И. Г. Чернышеву, очень близкому к Павлу I и получившему от него невиданный еще чин «генерал-фельдмаршала по флоту». От него усадьба перешла к сыну, Григорию Ивановичу, хозяину известного подмосковного имения Ярополец. Пушкин знал и его и его жену, бывал в Яропольце, и не исключено, что он и его родители посещали Чернышевых в их московском доме. Г. И. Чернышев жил открытым домом, давал дорогие праздники и, несмотря на богатство, все время испытывал денежные затруднения. К 1813 г. московская усадьба перешла к гвардии поручику Н. О. Кожину — тогда там на пересечении улицы и переулка стоял трехэтажный дом с закругленным углом. В 1831–1835 гг. Кожин сдавал помещения для питейного дома «Миюзский». По сведениям историка В. В. Сорокина, здесь в конце 1820-х гг. у своего университетского товарища Дмитрия Тиличеева, прототипа персонажа из драмы «Странный человек», бывал М. Ю. Лермонтов; в конце 1840-х — начале 1850-х гг. в доме находилась одна из первых московских фотографий «Дагерротипное заведение Пейшиса». В 1861 г. в газете «Московские ведомости» в номере от 10 августа москвичи прочитали объявление: «…я открыл в Москве музыкальный магазин под фирмою П. И. Юргенсон. Адрес: на углу Столешникова переулка и Большой Дмитровки, дом Засецкого». Здесь началась славная история знаменитой музыкальной издательской фирмы. Юргенсон вскоре перевел магазин по соседству в дом напротив, а с 1882 г. он приобрел большой участок в Хохловском переулке, где была построена большая нотопечатня.

Часть помещений в доме в Столешниковом переулке Юргенсон предоставил Русскому музыкальному обществу, где принимал посетителей Н. Г. Рубинштейн. Его в 1863 г. посетил здесь Рихард Вагнер, дирижировавший тремя концертами в Москве, встреченными любителями музыки с необыкновенным энтузиазмом.

Самое старое здание в Столешниковом переулке находится во дворе дома № 9 — левая часть его показана на планах XVIII в. Оно стояло на большом, малозастроенном участке, принадлежавшем в начале XIX в. Жану Ламиралю, который с Петром Йогелем (о нем писал Лев Толстой в «Войне и мире») был лучшим в Москве учителем танцев. В его доме, уцелевшем в 1812 г., после изгнания наполеоновской армии разместилась Тверская полицейская часть, а также «воинская и пожарная команды и огнегасительные с лошадьми инструменты», те самые, которые по приказанию генерал-губернатора Ф. В. Ростопчина были вывезены перед оставлением города, что послужило веским доказательством обвинения его в пожаре 1812 г.

Ламираль, уехав во Францию, продал участок князю П. П. Гагарину, а потом виноторговцу Леве. Большой участок в 1873 г. разделился на две части: левая принадлежала семейству Леве, которые построили дом № 7 (1903 г., архитектор А. Э. Эрихсон) с известным в Москве винным магазином, а правая часть в 1874 г. застроена ныне существующим домом (№ 9, архитектор В. Н. Карнеев). Его владельцем был Д. Н. Никифоров, автор нескольких книг о Москве. В их числе интересные записки старожила «Из прошлого Москвы» и двухтомная «Старая Москва», изданные в 1900-х гг.

На третьем этаже этого же дома в продолжение почти половины столетия, с 1889 по 1935 г., прожил переехавший из соседнего дома другой москвич и москвовед, но значительно более известный, автор популярных очерков «Москва и москвичи» В. А. Гиляровский. «Было удивительно, — писал К. Г. Паустовский, — как может память одного человека сохранять столько историй о людях, улицах, рынках, церквах, площадях, театрах, садах, почти о каждом трактире старой Москвы». Он знал всю Москву — от высших представителей московской бюрократии до самых ее низов, и буквально «вся Москва» перебывала в его квартире. С Гиляровским дружили А. П. Чехов, И. И. Левитан, Ф. И. Шаляпин и многие другие деятели русской культуры. Здесь жил и искусствовед В. М. Лобанов, в работах которого содержатся драгоценные сведения о жизни и творчестве художественной интеллигенции Москвы.

Рядом находится дом № 11 с нарядной отделкой фасада, построенный для купцов Карзинкиных в 1883 г. архитектором И. С. Богомоловым, который известен архитектурным проектом знаменитого московского памятника А. С. Пушкину. В. А. Гиляровский жил здесь в 1886–1889 гг.; в этом доме была последняя квартира поэта Мусы Джалиля и здесь жила известная актриса Д. В. Зеркалова.

По контрасту с этим ярким домом соседний (№ 13/15) выглядит очень буднично. Появился он в 1902 г. (проект Э. М. Розена), и в нем сразу же поместилась гостиница «Марсель». В ней перед Октябрьским переворотом 1917 г. жил пользовавшийся тогда огромным успехом певец А. Н. Вертинский. Современник вспоминал, как «он отсюда ходил на спектакли в костюме Пьеро, с густо набеленным лицом; ждавшие его у подъезда поклонницы провожали его до театра (в Петровских линиях. — Авт.), где он распевал „Затяните потуже на шейке горжеточку”».

411381 2 12

Владимир Алексеевич Гиляровский

В этом здании часто устраивались разнообразные выставки. Так, в ноябре 1902 г. открылась нашумевшая выставка объединения «Мир искусства», в декабре 1902 г. — программная выставка прикладного искусства модерна, первая в России показывающая произведения нового стиля, в феврале 1905 г. — выставка Союза русских художников, где посетители увидели великолепные иллюстрации А. Бенуа к «Медному всаднику».

В начале XIX в. на месте дома № 13 было два отдельных участка. Один из них, на углу с Петровкой, в 1738 г. принадлежал премьер-майору Е. Л. Милюкову, в 1760-х гг. — бригадиру И. А. Маслову, в 1814–1828 гг. — князю М. П. Голицыну, в 1840 г. — княгине В. Г. Долгоруковой, а потом надворному советнику А. С. Мельгунову. В одном из строений на этом участке в 1820-х гг. жила замечательная балерина и хореограф Фелицата Виржиния Гюллень-Сор, а в 1830-х гг. находился женский пансион Елизаветы Дельмас.

Второй по переулку участок, значительно меньший по размеру и застроенный деревянными строениями, принадлежал в 1770-х гг. протоколисту А. Е. Левшину, а в начале XIX в. — А. Г. Решетникову, арендовавшему московскую губернскую типографию, издателю нескольких развлекательных журналов — «Дело от безделья…», «Прохладные часы…». Типографщики того времени являлись не только предпринимателями, но и любителями и знатоками литературы. Сюда, к Решетникову, ходил Погодин из дома родителей на Земляном Валу менять книги для чтения. Потом он и жил в этой семье, много помогавшей Погодиным, особенно во время занятия Москвы французами.

В доме Решетникова в 1820-х гг. находилась редакция журнала «Галатея», здесь же жил издатель журнала, поэт и переводчик С. Е. Раич, находилась книжная лавка и библиотека для чтения Бува, в начале 1830-х гг. снимал квартиру, помещавшуюся над типографией, П. Я. Чаадаев.

В 1845 г. оба участка были объединены в руках его сына И. А. Решетникова. В то время участок был заполнен одно- и двухэтажными каменными строениями. Там москвичи могли в 1853 г. познакомиться с тех нологической новинкой: «Зала для снимания дагерротипных портретов Абади… Портреты снимаются в несколько секунд, невзирая ни на какую погоду, и выдаются не иначе, как по достижении полного успеха, как в искусстве, так и в самом сходстве портрета».

На этом участке в начале 1860-х гг. открылась гостиница «Англия», в которую Стива Облонский приглашает Левина:

«— Ну что ж, едем? — спросил он. — Я все о тебе думал, и я очень рад, что ты приехал, — сказал он, с значительным видом глядя ему в глаза. — Едем, едем, — отвечал счастливый Левин… — В „Англию” или в „Эрмитаж”? — Мне все равно.

— Ну, в „Англию”, — сказал Степан Аркадьич, выбрав „Англию” потому, что там, в „Англии”, он был более должен, чем в „Эрмитаже”. Он потому считал нехорошим избегать этой гостиницы…»

Правда, эта гостиница, как вспоминает В. М. Голицын, «почему-то сделалась излюбленным пристанищем дам полусвета, приезжавших из Петербурга, а то из самого Парижа». В 1867 г. именно эту гостиницу выбрал М. Е. Салтыков-Щедрин, очевидно, не из-за ее специфической репутации, а вот другой постоялец хорошо знал, куда и зачем он ехал. Сюда вечером 25 июня 1882 г. приехал генерал М. Д. Скобелев, прославившийся подвигами во время русско-турецкой войны 1877–1878 гг. и геройским подавлением народного сопротивления независимых среднеазиатских государств. Он после ужина прибыл в гостиницу к известной всей Москве (вернее, определенным потребителям) проститутке по имени Элеонора Ванда Роза, или Шарлотта Альпенроз. В середине ночи она в панике прибежала к дворнику и сказала, что у нее только что умер клиент. Его тут же узнали и перевезли в гостиницу «Дюссо» в Театральном проезде, где он остановился. Так сердце бравого генерала, пережившего столько смертельных опасностей, спасовало перед Элеонорой-Вандой-Розой-Шарлоттой Альпенроз…

Чтобы как-нибудь спасти реноме храброго воина, его поклонники до сих пор ищут следы страшных и тайных интриг врагов России, но найти так ничего и не могут.

Здесь жили историк М. В. Довнар-Запольский, автор исследований по истории экономики, в том числе интересной работы «Торговля и промышленность Москвы в XVI–XVII вв.», патологоанатом А. И. Абрикосов, писатель Пантелеймон Романов, работавший тогда над созданием романа-эпопеи «Русь». Среди других живших здесь были знаменитые певцы Богумил Корсов и его жена Александра Крутикова; в 1920–1930-х гг. в доме жили известный дирижер Большого театра В. В. Небольсин, артисты оперетты Т. Я. Бах и Г. М. Ярон.

Правая, четная сторона Столешникова переулка начинается от Большой Дмитровки неброским, недавно полностью перестроенным домом № 10, где находился нотный магазин Петра Юргенсона, переведенный сюда 1 августа 1864 г. из дома на против. В доме поселился музыкальный критик Н. Д. Кашкин: «В нанятом им Юргенсоном помещении было несколько лишних комнат, и две из них наняли у него мы с покойным К. К. Альбрехтом… Ларош (музыкальный критик. — Авт.) начал бывать у меня, когда я переселился уже в это помещение. В одной из задних комнат магазина стояли две рояли, которыми мы с Ларошем и пользовались для игры в четыре руки, а иногда и на двух фортепиано; магазин был хорошо снабжен различными переложениями всякого рода, и мы пере играли много музыки…»

В дни помпезного празднования 850-летия Москвы не остановились перед сносом незаурядного архитектурного и исторического памятника в Столешниковом переулке. Перед визитом президента московские власти решили убрать мозоливший глаза начальству старинный дом № 12, который в пушкинское время принадлежал купцу Д. Вагину. Он сдавал его под канцелярию московского обер-полицмейстера, и сюда в январе 1827 г. вызывали А. С. Пушкина для дачи показаний по делу о «возмутительных стихах на 14 декабря 1825 года» — об отрывке из элегии «Андрей Шенье», запрещенном цензурой и ходившем по рукам:

О горе! О безумный сон!

Где вольность и закон? Над нами

Единый властвует топор.

И вслед за Пушкиным мы могли бы воскликнуть сейчас: «Где закон?» Небольшой двухэтажный дом, стоявший на месте левой части современного здания (№ 14), также был связан с памятью о Пушкине. В середине июля 1826 г. его нанял сроком на один год «отставной прапорщик Евгений Абрамов сын Баратынский», и Пушкин, приехавший в Москву 8 сентября этого же года после михайловской ссылки, бывал в нем. Здесь у своего давнего знакомого, поэта Баратынского, он читал «Бориса Годунова». Владел тогда этим домом профессор Московского университета М. Я. Малов, «прославившийся» грубостью и ретивой защитой российских порядков. Это о нем говорили, что в одном из отделений университета «без Малова девять профессоров». После шумного протеста студентов на лекции Малова, в котором, в частности, принимали участие Лермонтов и Герцен, описавший позднее его в «Былом и думах», незадачливого профессора были вынуждены навсегда уволить из университета.

Читайте также:  маги легенда о синдбаде персонажи

Здесь жил в 1806–1811 гг. юрист Николай Сандунов, который, как было сказано в его биографии, «принадлежит к числу достопамятных личностей Московского Университета». Он читал лекции законоведения в университете и «вместе служил оракулом города Москвы для вопрошающих о правосудии и для ищущих правосудия. Двери его дома были открыты для всех желавших его видеть». Участок этот также принадлежал династии купцов Лукутиных, один из которых был основателем промысла лакированных изделий в подмосковном селе Федоскине. В одном из многочисленных строений здесь располагался трактир, излюбленный извозчиками, самый удобный — он находился в центре — и славившийся хорошей едой. Как вспоминал Гиляровский: «В каждом трактире был обязательно свой зал для извозчиков, где красовался увлекательный „каток” (так назывался длинный стол с блюдами), арендатор которого платил большие деньги трактирщику и старался дать самую лучшую провизию, чтобы привлекать извозчиков, чтобы они говорили: „Едем в Столешников. Лучше „катка” нет!” И едут извозчики в Столешников потому, что там очень уж сомовина жирна и ситнички всегда горячие».

После перехода владения к купцам Карзинкиным вместо старых зданий в 1900 г. построен существующий дом (№ 14) по проекту В. В. Баркова. В нем жили архитектор К. А. Дулин, автор здания Хлебной биржи в Гавриковом переулке, изобретатель системы записи звука на пленку П. Г. Тагер, певица И. Д. Юрьева, тенор, солист Большого театра А. М. Додонов, автор «Руководства к правильной постановке голоса и изучению искусства пения», преподававший в своей школе пения. Как и во многих других домах Столешникова, в нем находилось много магазинов. В один из них, посудный, фирмы «Торговый дом В. Бодри» захаживал Чехов и закупал там различную посуду и прочие товары для своего ялтинского дома.

Далее располагались строения, появившиеся после переделки Столешникова в пешеходную зону. Тогда построили большое здание гостиницы «Мариотт-Аврора» на Петровке и снесли несколько домов по правой стороне переулка под № 16 и 18. Из них особенно интересным внешне был двухэтажный дом № 16, отделанный керамической плиткой по фасаду с элементами декора в стиле модерн. В соседнем доме № 18 находились меблированные комнаты «Ливерпуль», ставшие в советское время гостиницей «Центральная». На первом этаже были разные магазины, а также кафе «Густые сливки», облюбованное московскими литераторами.

Петровский переулок с левой стороны начинается щедро украшенным домом (№ 30/1), три этажа которого были построены в 1893 г. по проекту архитектора Л. Н. Кекушева, а два последних надстроены в 1937 г. В доме жил Сергей Александрович Бахрушин, известный коллекцией табакерок XVIII в., художественной мебели, а также картин, среди которых были работы Репина, Коровина, Левитана. В этом доме с 1914 по 1917 г. находилась редакция журнала «Рампа и жизнь», популярного, хорошо иллюстрированного журнала, рассказывавшего о жизни театров Москвы, Петербурга и провинции, помещавшего стихи, рассказы, статьи и материалы о знаменитых актерах XIX в. Бессменным редактором его был Л. Г. Мунштейн, который «всегда отстаивал интересы актерской братии и воевал с антрепренерами». Его стихотворные пародии, эпиграммы под псевдонимом Лоло были широко известны, его называли «рифмующим фельетонистом». Его рассказы, пародии, романы издавали почти каждый год.

С правой же стороны Петровский переулок начинается домом (№ 28), в котором только опытный глаз заподозрит классический особняк второй половины XVIII в. Он принадлежал действительному статскому советнику князю Г. Г. Шаховскому, потом его сыну Борису Григорьевичу, известному театральному деятелю, устроившему крепостной театр на Макарьевской ярмарке, из которого вышли многие известные артисты. У него был театр и в Москве, где-то в Серпуховской части, но где — неизвестно, так же как неизвестна и его дальнейшая судьба, но есть косвенные свидетельства, что и здесь, на Большой Дмитровке, могли устраивать театральные представления. Дом этот перешел к его дочери Елизавете Шаховской, которая вместе с матерью, урожденной баронессой Строгановой, долго жила за границей, там влюбилась в принца д’Аренберга, бывшего одним из главных участников революционных волнений в Нидерландах, и вышла за него замуж. Узнав, что ее подданная, владевшая 13 тысячами крепостных, вышла замуж за революционера, милосердная и добросердечная Екатерина II приказала Синоду их развести (несмотря на то что у них уже был ребенок), так как «по его развратности, от чего Боже сохрани, может выйти беда», а матери и дочери вернуться на дорогую родину.

В России Е. Б. Шаховскую выдали замуж за ее однофамильца князя Петра Федоровича Шаховского, и, как писал современник, «надолго ли сие я не знаю, новобрачный сильно кашляет, знаки давно примечены — у него чахотка. Как быть? Хоть на час, да вскачь». Но он прожил после этого еще почти полстолетия, а молодая красавица жена скончалась в следующем году 23 лет от роду.

Говорили тогда, что она отравилась: «Сие происшествие, особливо в лучшем обществе столь необыкновенное, произвело много шуму и различных толков». Уверяли даже, что принц д’Аренберг проник в Россию и пробрался в дом к красавице княгине и в результате свели счеты с жизнью и он и она…

Следующая владелица, дочь от брака с П. Ф. Шаховским Варвара Петровна Шаховская, вышла замуж за Павла Андреевича Шувалова, участника войн с Наполеоном, сопровождавшего его в качестве представителя России в изгнание на остров Эльба, владельца крупных металлургических заводов в Перми, скончавшегося в декабре 1823 г. и оставившего двух маленьких сыновей. Овдовев, Варвара Петровна уехала в Швейцарию и провела там несколько лет на вилле, стоявшей на берегу Женевского озера. В 1826 г. она встречает и по страстной любви выходит замуж за швейцарского француза, получившего графский титул от французского короля и вступившего в русское подданство, — Адольфа Александровича Полье. Они переезжают в Россию. Граф прожил в России всего около трех лет, но его имя осталось в русской истории. Он серьезно интересовался минералогией, что отметил сам Гумбольдт, известный немецкий естествоиспытатель и географ, с которым он путешествовал по Уралу, и благодаря Полье было открыто первое в России месторождение алмазов: он приехал на принадлежащий его жене Бисертский завод и приказал тщательнее, чем обычно, промывать отвалы золотоносной породы. При промывке четырнадцатилетний подросток Павел Попов обнаружил 5 июля 1829 г. полукаратный кристалл алмаза, за что получил вольную. Потом нашли еще два, из которых один подарили Гумбольдту (этот алмаз хранится в Берлинском музее), а другой отправили в Петербург.

В следующем году граф А. А. Полье 35 лет от роду скоропостижно скончался от чахотки. Его безутешная вдова в Парголове, имении под Петербургом, построила храм в его память и проводила там ночи напролет… Пушкин ее знал, он писал Наталье Николаевне 30 июля 1830 г.: «Я еще не видел Катерины Ивановны (тетки ее Е. И. Загряжской. — Авт.); она в Парголове, у графини Полье, которая почти сумасшедшая; она спит до 6-ти часов вечера и никого не принимает».

Через три года она вместе с сыновьями и сестрой друга Пушкина Ю. К. Кюхельбекер уехала за границу, и тогда в петербургском обществе распространились слухи о ее замужестве. Пушкин записал в дневнике: «Из Италии пишут, что Гр[афиня] Полье идет замуж за какого-то Принца, вдовца и богача — похоже на шутку, но здесь об этом смеются и рады верить», в сентябре 1835 г. спрашивал жену, «верить ли, чтоб Гр[афиня] Полье вышла замуж наконец за своего Принца». Слухи вскоре оправдались в 1836 г.: она в третий раз вышла замуж. Ее муж Джордж Вильдинг, англичанин, вдовец, был женат на представительнице древней дворянской фамилии из Палермо и получил звонкий титул князя ди Бутера и ди Радоли. Его назначили посланником неаполитанского короля при петербургском дворе, и супруги переехали в столицу России.

Приходясь, по матери, внучкой княгини В. А. Шаховской, урожденной баронессы Строгановой, княгиня Бутера унаследовала значительную часть строгановских богатств и обладала огромным состоянием, которое за границей казалось неисчерпаемым: одних своих собственных у нее было 65 тысяч десятин земли, да в общем владении с князем С. М. Голицыным 269 тысяч десятин, а в общем владении с другими наследниками Строгановых — еще 867 тысяч десятин. Всеми уважаемая и любимая за ее доброту, широкое гостеприимство и радушие, княгиня В. П. Бутера охотно помогала тем, кто обращался к ней с просьбой о вспомоществовании. Когда позже она постоянно жила за границей, к ней часто обращались за денежной помощью молодые офицеры, и она никогда не отказывала в ней.

Они были хорошо известны в петербургском свете и были знакомы с пушкинской семьей: именно муж и жена Бутера были свидетелями на свадьбе Дантеса и Екатерины Гончаровой.

Однако и третий муж Варвары Петровны прожил недолго — он скончался в 1841 г., и на этот раз она покинула Россию навсегда и жила за границей. Скончалась она 24 декабря 1870 г. О другой владелице этого дома, Варваре Васильевне Голицыной, известно то, что она держала тут театр, в зале которого помещались 130 зрителей.

Перед Октябрьским переворотом дом занимало реальное училище И. И. Александрова, известного московского педагога и математика. В советское время тут находилась 12-я опытная школа памяти декабристов.

Этот дом известен в московских летописях как один из имеющих подземный ход. О нем рассказывали на заседании общества «Старая Москва» — там якобы нашли прикованные к стенам скелеты…

Петровский переулок переменил несколько названий. В XVIII в. это был Хлебный и Хлебин, потом Богословский — по храму Св. Григория Богослова, стоявшему на месте пустыря на левой стороне. Он был выстроен заново на месте древнего храма, построенного в 1638 г. и перестроенного в 1709–1722 гг. Постройка нового большого храма производилась в 1876–1879 гг. по проекту архитектора Иосифа Каминского (брата более известного архитектора Александра), который оставил от старинной церкви лишь шатровую колокольню. В 1922 г. переулок стал Петровским (по близости к Высоко-Петровскому монастырю), а в 1946–1992 гг. назывался улицей Москвина — по фамилии актера, выступавшего в здании (№ 3), построенном для одного из первых частных театров в Москве.

Сразу после отмены театральной монополии в 1882 г. молодой помощник присяжного поверенного, любитель театра Ф. А. Корш основал частный театр, которому было суждено прожить долгую жизнь, — его закрыли лишь в 1932 г. В советское время он именовался театром «Комедия» и Московским драматическим.

Федор Адамович Корш (1852–1923) окончил известный московский Лазаревский институт восточных языков и юридический факультет Московского университета. У него была неплохая практика, но «внутри горел огонь искусства» — без театра он не мог существовать. После отмены государственной монополии на театральные представления его театр буквально расцвел.

411381 2 13

Федор Адамович Корш

Дебют театра Корша 30 августа 1882 г. — комедия Гоголя «Ревизор» — прошел с исключительным успехом в здании в Камергерском переулке, где теперь находится Художественный театр. В Богословском переулке театр Корша начал свои представления с 1885 г. Братья Петр, Василий и Александр Бахрушины отдали Ф. А. Коршу большой участок на 12 лет на весьма выгодных условиях, и вдобавок еще и пожертвовали 50 тысяч рублей на строительство театра. Здание было построено необычайно быстро. Как вспоминал брат А. П. Чехова Михаил, театр «выстроился быстро, по щучьему велению. Его строили и днем и ночью, при электрических дуговых фонарях… И когда он был открыт, в нем сильно пахло сыростью и в некоторых местах текло со стен».

Как писал сам Корш, сложнейший проект был разработан архитектором М. Н. Чичаговым необыкновенно быстро: 5 мая 1885 г. в основание театра был положен первый камень, а уже 30 августа состоялось торжественное открытие, на котором были показаны отрывки из «Горя от ума», «Ревизора» и «Доходного места». Особенностью нового театра было электрическое освещение сцены, зрительного зала, фойе и артистических уборных.

«Это тогда было новостью необыкновенной, — писала ведущая артистка театра А. Я. Глама-Мещерская, — и даже в Большом и Малом театрах еще пользовались газом; правда, новое освещение было далеко не совершенно. Лампочки давали свет желтоватый и горели ненадежно… Тем не менее впечатление новое освещение производило огромное».

Театр вскоре стал очень популярен. Корш снизил цены на билеты чуть ли не вдвое, и к нему пошел небогатый зритель — мелкие чиновники, учащаяся молодежь, ремесленники. Театр славился актерами: там выступали П. Н. Орленев, В. Н. Давыдов, А. П. Кторов, И. М. Москвин, А. А. Остужев, Е. М. Шатрова и другие известные артисты. На его сцене нередко шли классические пьесы. Самым исполняемым автором был А. Н. Островский, а из его пьес — «Гроза». Впервые в Москве, «у Корша», увидела свет «Власть тьмы» Л. Н. Толстого, поставлены «Нора» и «Доктор Штокман» Г. Ибсена. Этот театр — место рождения Чехова-драматурга: в 1887 г. поставлен «Иванов». «Пьесу я написал нечаянно, — вспоминал Чехов, — после одного разговора с Коршем». На репетициях начинающий драматург скромно сидел в уголке партера и не вмешивался в постановку, а на премьере очень волновался. На следующий день он отправил письмо брату: «Театралы говорят, что никогда они не видели в театре такого брожения, такого всеобщего аплодисменто-шиканья, и никогда в другое время им не приходилось слышать стольких споров, какие видели и слышали они на моей пьесе. А у Корша не было случая, чтобы автора вызывали после 2-го действия».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Читайте также

Глава 5. Большой разлом

Глава 5. Большой разлом Загадки природы, порой тревожные загадки, скрываются не только в далеких горных пещерах. Они находятся у нас буквально под ногами. Только мы об этом не подозреваем…На снимках, сделанных из космоса, видно, что африканский континент и полуостров

Глава 31 Большой погром

МЕЖДУ ДОНОМ И ВОЛГОЙ В большой излучине. — У волжского берега. — Сталинградцы на обороне города. — Меры, принятые Ставкой в помощь Сталинграду. — «Недопустимо никакое промедление». — План контрнаступления — результат коллективного труда

МЕЖДУ ДОНОМ И ВОЛГОЙ В большой излучине. — У волжского берега. — Сталинградцы на обороне города. — Меры, принятые Ставкой в помощь Сталинграду. — «Недопустимо никакое промедление». — План контрнаступления — результат коллективного труда Летом 1942 года в Генштабе шла

Самый большой, большой Таймыр

Самый большой, большой Таймыр На юго-западе полуострова Таймыр, где чахлая тайга уже захватила земли распластанной тундры, на огромной опушке, среди низких лиственниц и высоких гор расположился крупнейший город Заполярья – Норильск. В сравнении со старейшинами –

Глава 10 БОЛЬШОЙ КРУГ

Глава 10 БОЛЬШОЙ КРУГ В июле 1918 г. донцы освободились от красных, и 15 августа Большой Войсковой круг в Новочеркасске утвердил решение круга спасения Дона о выборе атамана Краснова, подтвердил государственную независимость Всевеликого Войска Донского и принял проект

4. Вопрос об уничтожении противоположности между городом и деревней, между умственным и физическим трудом, а также вопрос о ликвидации различий между ними

4. Вопрос об уничтожении противоположности между городом и деревней, между умственным и физическим трудом, а также вопрос о ликвидации различий между ними Заголовок этот затрагивает ряд проблем, существенно отличающихся друг от друга, однако я объединяю их в одной главе

Глава I Шубино. Глинищи Между Тверской и Большой Дмитровкой

Глава I Шубино. Глинищи Между Тверской и Большой Дмитровкой Переулки соединяют здесь две крупные радиальные магистрали: Тверскую — дорогу на Тверь, а впоследствии на Петербург, и Большую Дмитровку — путь к городу Дмитрову. Тверская в конце 1930-х гг. была реконструирована.

Глава V На берегах реки Неглинной Между Петровкой и Большой Лубянкой

Глава V На берегах реки Неглинной Между Петровкой и Большой Лубянкой Один из главных притоков Москвы-реки — река Неглинная, заключенная в трубу к 1823 г., проходит под одноименной улицей, делящей весь этот район на две части. Одна из них расположена на левом берегу

Глава VI Лубянка Между Большой Лубянкой и Мясницкой

Глава VI Лубянка Между Большой Лубянкой и Мясницкой Крутой и высокий левый берег реки Неглинной издавна назывался Неглинным верхом, или Кузнецкой горой. От нее шла дорога вниз к мосту через Неглинную, около которого находилась Кузнецкая слобода. Кузнецы, гончары — люди,

Самый большой, большой Таймыр

Самый большой, большой Таймыр На юго-западе полуострова Таймыр, где чахлая тайга уже захватила земли распластанной тундры, на огромной опушке, среди низких лиственниц и высоких гор расположился крупнейший город Заполярья – Норильск. В сравнении со старейшинами –

Источник

Поделиться с друзьями
Моря и океаны
Adblock
detector