стэнли кубрик с широко открытыми глазами биография эмилио д алессандро

Электронная книга Стэнли Кубрик. С широко открытыми глазами

842

Если не работает, попробуйте выключить AdBlock

Вы должны быть зарегистрированы для использования закладок

Информация о книге

За годы работы Стэнли Кубрик завоевал себе почетное место на кинематографическом Олимпе. «Заводной апельсин», «Космическая Одиссея 2001 года», «Доктор Стрейнджлав», «С широко закрытыми глазами», «Цельнометаллическая оболочка» – этим фильмам уже давно присвоен статус культовых, а сам Кубрик при жизни получил за них множество наград, включая престижную премию «Оскар» за визуальные эффекты к «Космической Одиссее». Самого Кубрика всегда описывали как перфекциониста, отдающего всего себя работе и требующего этого от других, но был ли он таким на самом деле?

Личный ассистент Кубрика, проработавший с ним больше 30 лет, раскрыл, каким на самом деле был великий режиссер – как работал, о чем думал и мечтал, как относился к другим. Пообщавшись со всеми современниками и родственниками Кубрика и изучив все его фильмы, автор представляет нам новый портрет режиссера – великодушного, доброго и заботливого, любящего свою работу и ценящего каждый миг жизни.

Читать онлайн Стэнли Кубрик. С широко открытыми глазами

Эмилио д’Алессандро. Стэнли Кубрик и я. Биография режиссера глазами его ассистента Вступление 11.05.19 Глава 1. Очень приятно, я – Стэнли Кубрик 11.05.19 Глава 2. Гонки со временем 11.05.19 Глава 3. Приключение «Барри Линдона» 11.05.19 Глава 4. Всегда открытые двери 11.05.19 Глава 5. Уроки вождения 11.05.19

В 2005 году двадцатилетнюю Софи Аморузо с позором уволили из обувного бутика, а в 2014-м она уже была владелицей бизнеса стоимостью 100 миллионов долларов. Что произошло в эти девять лет, которые превратили юную феминистку, бунтарку и отъявленную лентяйку в создателя самого быстрорастущего в Америке ретейла? Особенно если учесть, что у Софи Аморузо не было ни образования, ни богатых родителей, ни даже возможности взять кредит. Эта книга — ​коллекция лайф­хаков, сдобренных неординарным личным опытом. Она рассказывает, как добиться невероятного успеха, даже если ты совершенно не умеешь играть по правилам бизнес-сообщества. #Girlboss — ​источник вдохновения для женщин, решивших перекроить свою жизнь и стать тем, кем они даже не мечтали.

Так называемое «исламское государство» стало самым крупным террористическим явлением нашего времени. Большинству кажется, что оно возникло из ниоткуда. Но так ли это?

Летом 2014 года Юрген Тоденхефер несколько месяцев провел в переговорах по Skype с немецкими исламистами, которые стали членами ИГ, организации, запрещенной в РФ. Выводы, к которым он пришел, шокировали. Главная цель так называемого халифата – построить всемирную теократию, не гнушаясь ради этого массового убийства, даже среди мусульман.

Источник

Стэнли кубрик с широко открытыми глазами биография эмилио д алессандро

Стэнли Кубрик и я. Биография режиссера глазами его ассистента

Emilio D’Alessandro e Filippo Ulivieri

Stanley Kubrick e me

© il Saggiatore S.p.A., Milano 2012

© Шальнов И., перевод на русский язык, 2018

© Сажина Д., перевод на русский язык, 2018

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2018

Очень приятно, я – Стэнли Кубрик

В офисе кинокомпании Hawk Films гигантский белый фаллос отражал свет с потолка. Сбоку стояли два молодых человека, неподвижно уставившись на него.

Была половина десятого вечера. На улице шел дождь, мне было холодно и хотелось пойти домой. Я колесил по всему Лондону более 18 часов только для того, чтобы узнать, что последняя важная доставка, которая мне предстояла, – это огромный фарфоровый член.

«Эй, – сказал я, напугав их, – помогите мне отнести эту штуку». Мы вынесли это к «Минксу» (марка автомобиля), но, как мы и боялись, он не поместился в багажник. Мы положили его на переднее сиденье. Конец высовывался из переднего окна: «Не думаю, что у вас есть покрывало, так ведь?»

Из Associated British Pictures Studios в Боремвуде я на автомобиле поехал в Темзмид, модернистское местечко на правом берегу Темзы. Черный лед замедлял мой путь, и прошло около полутора часов, прежде чем я достиг пункта назначения. Груз рядом со мной прыгал вверх и вниз, как будто он был живой. Для какого фильма, черт возьми, он предназначен?

Когда я прибыл, двое других молодых людей ждали меня. Они открыли дверь машины, вытащили эту штуковину наружу и сказали мне ждать: я должен был забрать посылку обратно. Они ушли, неся его на руках как младенца, а затем принесли его назад, не сказав ни слова. Я был сбит с толку. Не только из-за особенного груза, но и от чрезмерной подозрительности, окружавшей весь этот эпизод. Я сел в машину и поехал домой, к Жанет. Когда я встретился со своим боссом Тони в полночь, то подтвердил, что ухожу в двухнедельный отпуск, о котором попросил, и пожелал ему счастливого Рождества: 1970 год подходил к концу, а у меня не было ни одного выходного почти два года.

Отпуск в родительском доме в Сант-Анджело прошел быстро. Когда я вернулся в Англию, на столе в «Миникэбах Мака» (Mac’s Minicabs) меня ждала записка. В ней говорилось, что с момента моего ухода мне каждый день звонили с Hawk Films. Они хотели, чтобы именно Эмилио Д’Алессандро занимался всеми последующими доставками. В конце записки говорилось: СПРОСИТЬ МИСТЕРА ХАРЛАНА.

«Миникэбы Мака» практически спасли меня. Потеряв работу из-за забастовок шестидесятых годов, я провел недели на бирже труда, ожидая, что что-нибудь произойдет. Я верил в то, что благодаря всем работам, на которых я трудился на протяжении 10 лет в Англии, я мог рассчитывать на что-то. Писатель, садовник, уборщик в клинике, помощник повара в больнице, механик, рабочий завода, работник бензоколонки и автогонщик – все это на одном листе бумаги должно было произвести одинаково хорошее впечатление на любого потенциального работодателя. Между тем я каждый вечер тащился домой деморализованным. Мы с женой пробовали все. Мы даже сдали в аренду наш дом и переехали к моему брату в Уэльс, но это ничего не поменяло. Через шесть месяцев на нашем сберегательном счете осталось всего пять фунтов. Этого было недостаточно даже для того, чтобы делать покупки. Если бы я не нашел работу в течение недели, я не смог бы накормить своих детей и сделать выплату по ипотеке – дом был бы изъят за неуплату.

«„МИНИКЭБЫ МАКА“, КАТАЙТЕСЬ КОГДА ХОТИТЕ, ЗАРАБАТЫВАЙТЕ СТОЛЬКО, СКОЛЬКО ХОТИТЕ, РАБОТАЙТЕ СТОЛЬКО ЧАСОВ, СКОЛЬКО ХОТИТЕ!» – это то, что говорилось в объявлении. Я потратил последние монеты, лежавшие в моем кармане, в газетном киоске на журнал с объявлениями о дешевой работе для отчаявшихся. Другие объявления были не лучше, а это, по крайней мере, было связано с моей самой большой страстью – машинами. Мне было нечего терять, поэтому я позвонил по объявлению и договорился о встрече в тот же день в их офисе, в Боремвуде.

Управляющий «Миникэбов» Тони МакДонах показал мне, что и как. Он объяснил, что эта работа – работа частным таксистом без фиксированного рабочего времени. В Боремвуде и близлежащем Эльстри родились British National Studios, киностудии Metro Goldwyn Mayer и EMI Films, прозванные Британским Голливудом. У «Миникэбов Мака» был заключен эксклюзивный контракт с некоторыми компаниями, и они предоставили транспорт для менеджеров, руководителей и актеров. У компании «Миникэбы» были свои клиенты, и водители получали процент от дохода в конце недели. Чем больше я работаю, тем больше зарабатываю. «Двадцать четыре часа в день, если хотите», – сказал Тони. Я не нуждался в каких-либо специальных лицензиях или документах, было достаточно обычных водительских прав. Взгляд Тони остановился на пункте «гонщик „Формулы Ford“» в моем резюме, и он немедленно протянул мне договор и предложил работу.

«Под более высокую недельную комиссию мы сдаем в аренду лимузины, если вы хотите иметь дело с важными клиентами», – сказал он мне по дороге на автостоянку.

«Нет», – сразу ответил я, зная, что не могу позволить себе отдавать им более высокий процент. «Я буду использовать свою машину», – и я подмигнул, заводя свой «Форд Капри» (Ford Capri), который купил в Кардиффе.

Это произошло в пятницу, выходные были не за горами, и люди собирались провести вечер в ресторанах, пабах или кинотеатрах. Тони дал мне адрес моих первых клиентов; я пригласил их в «Капри» и отвез в пункт назначения. В дополнение к тарифу я получил десятку. К концу вечера я понял, что заработал невероятную для меня сумму денег.

Я вошел домой, поднялся наверх и обнаружил, что Жанет уже лежит в постели. Я спокойно разделся, чтобы не разбудить ее, но она, не оборачиваясь, прошептала: «Который час? Как все прошло?» «Хорошо, – ответил я, прижимаясь к ней и обнимая ее обеими руками. – Все в самом деле прошло хорошо. Теперь ты можешь спать спокойно. На самом деле».

Эксклюзивные контракты Тони включали в себя юридическую бумажную работу для продюсерских компаний, поэтому в некоторые дни я перевозил посылки, полные контрактов, чеков и продюсерских документов. Я ожидал в роскошных холлах в центре города, чтобы мне вернули подписанные документы. Hawk Films, вероятно, была одной из этих компаний, хотя я не могу сказать, что я действительно помню все их названия.

Ян Харлан, стройный, хорошо одетый мужчина с густыми каштановыми волосами и усами, пригласил меня и попросил отвезти его жену Марию с детьми в аэропорт. В течение следующих нескольких дней он продолжал просить меня и оставил Тони список дел для меня. Доставка была предметом максимального приоритета. Было нелегко понять, чем на самом деле занимались в Hawk Films: снимали фильмы или снимали людей, но у меня не было причин для беспокойства, мне нужна была работа. Как-то мне удалось увидеть кое-что отличное от обычной езды туда-сюда: входная дверь белого дома на отшибе за деревней Уэл Энд была приоткрыта, и я увидел, как почти дюжина кошек преследуют друг друга и игриво катаются по коричневому ковру; почти сразу член съемочной группы захлопнул передо мной дверь.

В Hawk Films было особое требование, чтобы каждое задание было завершено вовремя, без сбоев. Всегда был крайний срок, время доставки. Я должен был уважать это, и мне была разрешена погрешность в 15 минут. После моей встречи с мистером Харланом у меня не было прямой связи с ними: каждое утро секретарша «Миникэбов Мака» давала мне список задач, которые были продиктованы ей по телефону. Каждый раз, когда я возвращался в офис, там накапливалось еще много работы. Однако однажды кто-то из офиса Hawk Films позвонил и попросил поговорить со мной лично.

– Вам интересна работа в кино?

– Кино? Нет, я вожу машины, – ответил я, до конца не понимая вопрос.

Источник

Стэнли Кубрик. С широко открытыми глазами (2018)

1556805763 59

За годы работы Стэнли Кубрик завоевал себе почетное место на кинематографическом Олимпе. «Заводной апельсин», «Космическая Одиссея 2001 года», «Доктор Стрейнджлав», «С широко закрытыми глазами», «Цельнометаллическая оболочка» – этим фильмам уже давно присвоен статус культовых, а сам Кубрик при жизни получил за них множество наград, включая престижную премию «Оскар» за визуальные эффекты к «Космической Одиссее». Самого Кубрика всегда описывали как перфекциониста, отдающего всего себя работе и требующего этого от других, но был ли он таким на самом деле?

Читайте также:  sims 4 персонаж не может войти в дом

Личный ассистент Кубрика, проработавший с ним больше 30 лет, раскрыл, каким на самом деле был великий режиссер – как работал, о чем думал и мечтал, как относился к другим. Пообщавшись со всеми современниками и родственниками Кубрика и изучив все его фильмы, автор представляет нам новый портрет режиссера – великодушного, доброго и заботливого, любящего свою работу и ценящего каждый миг жизни.

Электронная книга, выпущенная в 2018 году, принадлежит жанру Биографии, мемуары. Тематику книги можно охарактеризовать по следующим тегам: воспоминания и мемуары, знаменитые драматурги и режиссеры, история кино, факты биографии. В библиотеке можно начать чтение книги «Стэнли Кубрик. С широко открытыми глазами» (Эмилио д’Алессандро) скачать бесплатно в формате fb2 полностью оцифрованную книгу для андроид. Также есть возможность просмотреть другие издания автора Эмилио д’Алессандро.

Источник

Стэнли Кубрик. С широко открытыми глазами

Скачать книгу

О книге «Стэнли Кубрик. С широко открытыми глазами»

За годы работы Стэнли Кубрик завоевал себе почетное место на кинематографическом Олимпе. «Заводной апельсин», «Космическая Одиссея 2001 года», «Доктор Стрейнджлав», «С широко закрытыми глазами», «Цельнометаллическая оболочка» – этим фильмам уже давно присвоен статус культовых, а сам Кубрик при жизни получил за них множество наград, включая престижную премию «Оскар» за визуальные эффекты к «Космической Одиссее». Самого Кубрика всегда описывали как перфекциониста, отдающего всего себя работе и требующего этого от других, но был ли он таким на самом деле?

Личный ассистент Кубрика, проработавший с ним больше 30 лет, раскрыл, каким на самом деле был великий режиссер – как работал, о чем думал и мечтал, как относился к другим. Пообщавшись со всеми современниками и родственниками Кубрика и изучив все его фильмы, автор представляет нам новый портрет режиссера – великодушного, доброго и заботливого, любящего свою работу и ценящего каждый миг жизни.

Произведение было опубликовано в 2012 году издательством Эксмо. Книга входит в серию «Иконы кино. Биографии великих деятелей кинематографа». На нашем сайте можно скачать книгу «Стэнли Кубрик. С широко открытыми глазами» в формате fb2, rtf, epub, pdf, txt или читать онлайн. Здесь так же можно перед прочтением обратиться к отзывам читателей, уже знакомых с книгой, и узнать их мнение. В интернет-магазине нашего партнера вы можете купить и прочитать книгу в бумажном варианте.

Источник

Стэнли Кубрик. С широко открытыми глазами

volume mid

42348540 emilio d alessandro stenli kubrik s shiroko otkrytymi glazami

65558331 emilio d alessandro stenli kubrik s shiroko otkrytymi glazami 65558331

label

Перейти к аудиокниге

Посоветуйте книгу друзьям! Друзьям – скидка 10%, вам – рубли

Emilio D’Alessandro e Filippo Ulivieri

Stanley Kubrick e me

© il Saggiatore S.p.A., Milano 2012

© Шальнов И., перевод на русский язык, 2018

© Сажина Д., перевод на русский язык, 2018

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2018

Глава 1
Очень приятно, я – Стэнли Кубрик

В офисе кинокомпании Hawk Films гигантский белый фаллос отражал свет с потолка. Сбоку стояли два молодых человека, неподвижно уставившись на него.

Была половина десятого вечера. На улице шел дождь, мне было холодно и хотелось пойти домой. Я колесил по всему Лондону более 18 часов только для того, чтобы узнать, что последняя важная доставка, которая мне предстояла, – это огромный фарфоровый член.

«Эй, – сказал я, напугав их, – помогите мне отнести эту штуку». Мы вынесли это к «Минксу» (марка автомобиля), но, как мы и боялись, он не поместился в багажник. Мы положили его на переднее сиденье. Конец высовывался из переднего окна: «Не думаю, что у вас есть покрывало, так ведь?»

Из Associated British Pictures Studios в Боремвуде я на автомобиле поехал в Темзмид, модернистское местечко на правом берегу Темзы. Черный лед замедлял мой путь, и прошло около полутора часов, прежде чем я достиг пункта назначения. Груз рядом со мной прыгал вверх и вниз, как будто он был живой. Для какого фильма, черт возьми, он предназначен?

Когда я прибыл, двое других молодых людей ждали меня. Они открыли дверь машины, вытащили эту штуковину наружу и сказали мне ждать: я должен был забрать посылку обратно. Они ушли, неся его на руках как младенца, а затем принесли его назад, не сказав ни слова. Я был сбит с толку. Не только из-за особенного груза, но и от чрезмерной подозрительности, окружавшей весь этот эпизод. Я сел в машину и поехал домой, к Жанет. Когда я встретился со своим боссом Тони в полночь, то подтвердил, что ухожу в двухнедельный отпуск, о котором попросил, и пожелал ему счастливого Рождества: 1970 год подходил к концу, а у меня не было ни одного выходного почти два года.

Отпуск в родительском доме в Сант-Анджело прошел быстро. Когда я вернулся в Англию, на столе в «Миникэбах Мака» (Mac’s Minicabs) меня ждала записка. В ней говорилось, что с момента моего ухода мне каждый день звонили с Hawk Films. Они хотели, чтобы именно Эмилио Д’Алессандро занимался всеми последующими доставками. В конце записки говорилось: СПРОСИТЬ МИСТЕРА ХАРЛАНА.

«Миникэбы Мака» практически спасли меня. Потеряв работу из-за забастовок шестидесятых годов, я провел недели на бирже труда, ожидая, что что-нибудь произойдет. Я верил в то, что благодаря всем работам, на которых я трудился на протяжении 10 лет в Англии, я мог рассчитывать на что-то. Писатель, садовник, уборщик в клинике, помощник повара в больнице, механик, рабочий завода, работник бензоколонки и автогонщик – все это на одном листе бумаги должно было произвести одинаково хорошее впечатление на любого потенциального работодателя. Между тем я каждый вечер тащился домой деморализованным. Мы с женой пробовали все. Мы даже сдали в аренду наш дом и переехали к моему брату в Уэльс, но это ничего не поменяло. Через шесть месяцев на нашем сберегательном счете осталось всего пять фунтов. Этого было недостаточно даже для того, чтобы делать покупки. Если бы я не нашел работу в течение недели, я не смог бы накормить своих детей и сделать выплату по ипотеке – дом был бы изъят за неуплату.

«„МИНИКЭБЫ МАКА“, КАТАЙТЕСЬ КОГДА ХОТИТЕ, ЗАРАБАТЫВАЙТЕ СТОЛЬКО, СКОЛЬКО ХОТИТЕ, РАБОТАЙТЕ СТОЛЬКО ЧАСОВ, СКОЛЬКО ХОТИТЕ!» – это то, что говорилось в объявлении. Я потратил последние монеты, лежавшие в моем кармане, в газетном киоске на журнал с объявлениями о дешевой работе для отчаявшихся. Другие объявления были не лучше, а это, по крайней мере, было связано с моей самой большой страстью – машинами. Мне было нечего терять, поэтому я позвонил по объявлению и договорился о встрече в тот же день в их офисе, в Боремвуде.

Управляющий «Миникэбов» Тони МакДонах показал мне, что и как. Он объяснил, что эта работа – работа частным таксистом без фиксированного рабочего времени. В Боремвуде и близлежащем Эльстри родились British National Studios, киностудии Metro Goldwyn Mayer и EMI Films, прозванные Британским Голливудом. У «Миникэбов Мака» был заключен эксклюзивный контракт с некоторыми компаниями, и они предоставили транспорт для менеджеров, руководителей и актеров. У компании «Миникэбы» были свои клиенты, и водители получали процент от дохода в конце недели. Чем больше я работаю, тем больше зарабатываю. «Двадцать четыре часа в день, если хотите», – сказал Тони. Я не нуждался в каких-либо специальных лицензиях или документах, было достаточно обычных водительских прав. Взгляд Тони остановился на пункте «гонщик „Формулы Ford“» в моем резюме, и он немедленно протянул мне договор и предложил работу.

«Под более высокую недельную комиссию мы сдаем в аренду лимузины, если вы хотите иметь дело с важными клиентами», – сказал он мне по дороге на автостоянку.

«Нет», – сразу ответил я, зная, что не могу позволить себе отдавать им более высокий процент. «Я буду использовать свою машину», – и я подмигнул, заводя свой «Форд Капри» (Ford Capri), который купил в Кардиффе.

Это произошло в пятницу, выходные были не за горами, и люди собирались провести вечер в ресторанах, пабах или кинотеатрах. Тони дал мне адрес моих первых клиентов; я пригласил их в «Капри» и отвез в пункт назначения. В дополнение к тарифу я получил десятку. К концу вечера я понял, что заработал невероятную для меня сумму денег.

Я вошел домой, поднялся наверх и обнаружил, что Жанет уже лежит в постели. Я спокойно разделся, чтобы не разбудить ее, но она, не оборачиваясь, прошептала: «Который час? Как все прошло?» «Хорошо, – ответил я, прижимаясь к ней и обнимая ее обеими руками. – Все в самом деле прошло хорошо. Теперь ты можешь спать спокойно. На самом деле».

Эксклюзивные контракты Тони включали в себя юридическую бумажную работу для продюсерских компаний, поэтому в некоторые дни я перевозил посылки, полные контрактов, чеков и продюсерских документов. Я ожидал в роскошных холлах в центре города, чтобы мне вернули подписанные документы. Hawk Films, вероятно, была одной из этих компаний, хотя я не могу сказать, что я действительно помню все их названия.

Ян Харлан, стройный, хорошо одетый мужчина с густыми каштановыми волосами и усами, пригласил меня и попросил отвезти его жену Марию с детьми в аэропорт. В течение следующих нескольких дней он продолжал просить меня и оставил Тони список дел для меня. Доставка была предметом максимального приоритета. Было нелегко понять, чем на самом деле занимались в Hawk Films: снимали фильмы или снимали людей, но у меня не было причин для беспокойства, мне нужна была работа. Как-то мне удалось увидеть кое-что отличное от обычной езды туда-сюда: входная дверь белого дома на отшибе за деревней Уэл Энд была приоткрыта, и я увидел, как почти дюжина кошек преследуют друг друга и игриво катаются по коричневому ковру; почти сразу член съемочной группы захлопнул передо мной дверь.

В Hawk Films было особое требование, чтобы каждое задание было завершено вовремя, без сбоев. Всегда был крайний срок, время доставки. Я должен был уважать это, и мне была разрешена погрешность в 15 минут. После моей встречи с мистером Харланом у меня не было прямой связи с ними: каждое утро секретарша «Миникэбов Мака» давала мне список задач, которые были продиктованы ей по телефону. Каждый раз, когда я возвращался в офис, там накапливалось еще много работы. Однако однажды кто-то из офиса Hawk Films позвонил и попросил поговорить со мной лично.

– Вам интересна работа в кино?

– Кино? Нет, я вожу машины, – ответил я, до конца не понимая вопрос.

– Очень хорошо, – был ответ. Больше не раздалось ни слова.

– Меня интересует работа, – сказал я, чтобы нарушить повисшее молчание, – двадцать четыре часа в сутки, если потребуется.

– Это как раз то, что мы ищем. Кого-то, не привязанного к графику, – сказал смеющийся голос. – Так вы хотели бы работать на нас? Я имею в виду только на нас?

Несколько дней назад Джон Уэйн спрашивал меня то же самое. Сидя на заднем сиденье «Хилман Минкс», он выглядел так же, как на экране. Со своими тонкими губами и щелевидными глазами, он молча смотрел на меня с экрана зеркала заднего вида. После нескольких дней непрекращающейся тишины на дороге между Shepperton Studios и Pinewood Джон Уэйн наконец открыл рот и предложил мне работать только на него. Предложение заставило меня задуматься: работа в кино означала, что я буду постоянно в движении, от одной съемочной площадки к другой, особенно в мексиканских пустынях, где они снимали вестерны… Был риск того, что это окажется непостоянной работой. Зато стабильной работой было то, что предлагали в Hawk Films, с их постоянной базой в Лондоне. Я взглянул на него в зеркало и, не оборачиваясь, сказал: «Нет, я не соглашусь». Десятки раз я видел, как он пристреливает плохого парня, но внутри «Минкс» он просто сказал «Я понимаю», и отвернулся.

Читайте также:  куда пропали истории в инстаграм на телефоне

– Меня это устраивает, – ответил я голосу в телефоне, – но у меня все еще договор с «Миникэбами».

– Мы об этом позаботимся, – сказал голос, – мы достигнем с ними соглашения по вашему договору.

Так это и было. Весной 1971 года я начал работать на Hawk Films, с шести утра до обеда. Конечно, были перерывы, когда я мог отдохнуть, но, как только зазвонит телефон, я должен был быть в полной готовности. Это было тяжело, но я чувствовал себя отлично. Мне скоро должно было исполниться 30, и у меня снова была постоянная работа.

Однажды, спустя пару месяцев, мистер Харлан послал меня в Эбботс-Мид, в дом за северо-восточным пригородом Лондона. Он находился на полпути к Барнет-Лэйн, на трехполосной дороге с высаженными вдоль деревьями, которая тянулась через общину Эльстри и Боремвуд.

Меня встретили закрытые металлические ворота без звонка. Я попробовал их толкнуть, и они медленно открылись. Я припарковал машину на посыпанном гравием дворе под ветвями двух больших деревьев. Я позвонил в звонок, и довольно высокая леди с широкой улыбкой открыла входную дверь. Она представилась секретарем Кей.

– Вы Эмилио? – спросила она. – Вы знаете, на кого вы работаете?

– Кое-кто хочет встретиться с вами. Он будет здесь через минуту.

Несколько минут спустя два золотистых ретривера выбежали через одну из дверей коридора, сопровождая бодро выглядевшего мужчину около сорока.

– Доброе утро, – сказал он, протягивая руку.

– Доброе утро, – ответил я. Мы пожали друг другу руки.

Он был немного выше меня и носил внушительную курчавую черную бороду. Он был похож на Фиделя Кастро.

– Я – Стэнли Кубрик, – сказал он, смотря мне в глаза.

Наступило молчание. Наверное, ожидалось, что я скажу что-то. Я ничего не сказал, кроме: «А я Эмилио Д’Алессандро».

Не отпуская моей руки, он достал вырезку из газеты из своего кармана.

Это была старая статья 1968 года, в которой рассказывалось о моей карьера гонщика «Формулы Ford».

– Да, это обо мне, – ответил я.

– Вы так же водите на наших дорогах?

– Нет, вы, должно быть, шутите! Только когда я на кольце.

– Вы уважаете ограничения скорости и дорожные знаки?

Это был вопрос с подвохом?

– Конечно, – ответил я, – я должен уважать правила дорожного движения. Любое нарушение повлияет на мою лицензию автогонщика. Я потеряю очки, и мой счет отразится на моем рейтинге. Мне нужно быть осторожным, даже когда я паркуюсь.

Улыбка проявилась сквозь его бороду.

– У меня Мерседес 280SEL, автомат. Думаете, смогли бы водить его без каких-либо проблем?

– Это машина, которая делает половину работы за тебя. Думаю, я могу справиться с оставшейся частью.

– Тогда давайте попробуем. Почему бы вам не отвезти меня с женой в оперу сегодня вечером?

Он забрал свою ладонь и в сопровождении псов ушел назад в комнату. Прежде чем он закрыл дверь, я увидел, как на столе зевает и протягивается кошка. Я улыбнулся.

Секретарь объяснила мне, что этот человек – Стэнли Кубрик – был известным американским режиссером, который уже несколько лет живет в Англии. Я никогда не слышал о нем. В те дни я никогда не ходил в кино; у меня не было времени. Я развозил множество актеров, актрис и продюсеров, но мое знакомство с миром кино не продвинулось дальше рукопожатий и чаевых. Мне приходилось видеть актеров только во плоти.

– Вы польщены тем, что познакомились с ним? – спросила секретарь.

– Ну, – выпалил я, пытаясь придумать, как сказать что-то вежливое. – Я рад, что он честный и уважаемый человек; это значит, что ко мне он тоже будет хорошо относиться.

Тем вечером, когда я вернулся в Эбботс-Мид, чтобы забрать мистера Кубрика и его дружелюбную улыбающуюся жену Кристиану в Королевскую оперу, я извинился за то, что не узнал его. Автомобили, а не камеры были моим миром. Я даже не знал, как правильно держать камеру. Его жена громко рассмеялась над моими словами, и он сказал мне, что это ничуть не важно.

Через два часа, после представления, мистер Кубрик спросил, не возражаю ли я, если мы возьмем еще одного пассажира. Он подвинулся, чтобы впустить молодую и очень элегантную леди. Он представил ее мне как Гвинет Джонс, добавив: «Она известная оперная певица». Очевидно, он думал, что я никогда не слышал о ней раньше.

– Нам надо остановиться у одного ресторана, ты не против подождать нас, пока мы что-нибудь съедим? Это «Мумтаз» (Mumtaz). Знаешь, где он находится?

– На полпути вниз по Парк-Роуд, я бывал там раньше.

– Вообще-то я имел в виду, что я отвозил клиентов туда. Я никогда не был внутри, но снаружи я могу сказать, что он выглядит как хорошее место.

– О’кей… Но разве тебе не нужна карта? – он добавил: – Мой водитель всегда ездит с картой в руке.

– Если вы не знаете улицы Лондона после двух лет вождения такси, то вам лучше эмигрировать!

Кубрик молча осмотрелся. Через несколько минут он сказал: «Симпатичная машина, она новая?»

– Нет, я купил ее со вторых рук. Ей как минимум три года. Тут изрядное количество миль на счетчике.

– Выглядит новой. Она в лучшем состоянии, чем мой «Мерседес». Ты сам следишь за ней?

– Да, но это не требует больших усилий: просто протираю влажной тряпкой, чтобы избавиться от пыли.

– «Мерседес» не выглядит так чисто, даже когда возвращается из мойки. Все работает?

Повисло долгое молчание.

– Почему ты водишь так осторожно?

Он ожидал от гонщика «Формулы Ford», что тот будет более агрессивным: все эти визжащие шины и свистящие крутые повороты. Я объяснил, что это был один из самых важных уроков, которые я получил на курсах Brands Hatch Motor Racing Club: если вы войдете в поворот слишком быстро, когда управляете автомобилем на улице, то рискуете заносом. «Представьте себе, что у вас есть стакан с водой, стоящий посреди капота, – говорил нам Тони Ланфранчи. – Когда вы входите в поворот, вода может наклониться, но не настолько, чтобы она разлилась. Если вода окажется на капоте, вы допустили ошибку».

Тони был тем, кто научил меня всему, что я знал об автогонках: он был потрясающим водителем. Он знал, как входить в повороты, на уровне инстинктов и пытался научить меня делать это. «Коснись передними колесами края обочины, а затем забудь о повороте, подумай о том, чтобы прибыть в пункт назначения по кратчайшей возможной траектории. Ты должен предвидеть: твой мозг должен выстроиться в одну кривую с твоим телом». Затем он сказал: «Научись чувствовать, как вибрирует автомобиль, если твои шины теряют сцепление. Предчувствуй и это. Подобно тому, как врач обнаруживает болезнь, прежде чем она проявится, ты должен понять, что ты скользишь еще до того, как на самом деле начнешь скользить». Беспокоил ли я Кубрика, говоря так много? Энтузиазм и ностальгия унесли меня. Но в зеркало заднего вида я мог видеть, что он заинтересовался и внимательно слушал, поэтому я добавил, что Тони также был советником Джона Франкенхаймера на Гран-при. Он также водил все одноместные автомобили, стараясь изо всех сил, чтобы предоставить директору самые захватывающие снимки.

– Такой звук слышится, когда что-то сломалось? – спросил он, заметив скрипучий звук, исходящий от колес.

Я получал удовольствие, отвечая на такие вопросы, потому что не мог поговорить о машинах с Жанет – ей моментально становилось скучно.

– Должно быть, камень застрял между тормозным диском и кожухом.

Я остановился на ближайшей стоянке для грузовиков, вышел из машины и аккуратно пнул.

В следующий раз, когда я затормозил, колесо не издало ни звука.

– Это случалось раньше. Такое случается иногда.

Он не сказал ни слова, пока мы не остановились перед посольством. Он попросил меня припарковаться на ближайшей обочине и подождать. Я ждал почти три часа, и когда он вернулся к машине, то был довольно раздражен. «Пустая трата времени! – проворчал он. – Ты можешь приехать и забрать мои документы в следующий раз? Я дам тебе подписанную доверенность».

Когда мы приехали в Эбботс-Мид, во дворе роились занятые секретари и помощники. Кубрик показал мне сарай с левой стороны двора и остановился перед двумя 146-ми «Вольво», «купленными недавно», и желтым 240-м, на котором «ездит только Кристиана». Он указал на фургон «Форд» и микроавтобус «Фольксваген», припаркованные у сарая чуть дальше. Оба они принадлежали Hawk Films и использовались, чтобы доставлять на съемочную площадку материалы и оборудование. Для тех же целей был предназначен пикап «Фольксваген» с кузовом, прикрытым брезентом.

На другой стороне стоял потерявший свою белую окраску «Лендровер». Он прибыл из реквизита для его последнего фильма, где использовался как полицейская машина. На крыше все еще были прикреплены синие огни. Он сказал мне, что его жена использовала «Лендровер» для поездок на близкие расстояния от дома. Напоследок он сказал: «Не мог бы ты почистить их все? Я хочу, чтобы они были как твои. Но тебе нужно почистить только „Мерседес“ изнутри».

Мне нравилось водить этот чудесный автомобиль. Он был тихим и комфортным. В первый раз, когда я попал туда, меня поразили ремни безопасности. У них были крепления как на гоночных автомобилях, где ремни шли от плеча до паха.

Во время нашей следующей поездки в Лондон Кубрик снова уселся сзади и говорил даже меньше, чем в прошлый раз. Я тоже ничего не говорил, позволив ему читать его документы. Только после того, как мы проехали много миль, он заметил, что, несмотря на то что на его «Мерседесе» стоял полный автомат, он не заметил разницы с моим «Минксом».

– Это потому что я пользуюсь одной и той же ногой.

– Я чувствую себя менее расслабленно, если там находится чья-то другая нога.

«Я оставлю тебя с Андросом», – сказал он, когда мы вернулись в Эбботс-Мид, и исчез в маленькой комнате, пристроенной к дому сбоку. Молодой человек с такой же черной взъерошенной бородой и с проницательным взглядом возник передо мной и представился Андросом Эпаминондасом, личным ассистентом Кубрика.

«Он ушел в комнату для дубляжа, – объяснил он, – мы сейчас снимаем фильм». Он показал мне маленькое квадратное здание рядом со входом во двор. «Я покажу вам нашу штаб-квартиру», – усмехнулся он, и, когда мы поднялись по лестнице на первый этаж, он рассказал, что он из Греции: ему было двадцать семь лет, и у него была страсть к кино. Несмотря на постоянные протесты со стороны семьи, он решил работать в кино. Я испытал точно такое же сопротивление моему интересу к автогонкам. Он говорил открыто и жизнерадостно, и я сразу привязался к нему.

Читайте также:  как лишали девственности в древней руси

«Здесь я провожу большую часть моего времени, в основном на телефоне, – сказал он, указывая на свой стол. – Кабинет Яна, секретаря, и кабинет бухгалтера – вот здесь. Есть еще несколько комнат, которые мы используем для хранения вещей. Стэнли предпочитает работать дома, но здесь и во флигеле не хватает комнат на всех, поэтому он арендовал ту часовню. Это здание, которое ты видел слева перед тем, как въехал в ворота».

Андрос работал с Кубриком уже больше года. Он рассказал мне о всем многообразии трюков, которые используют управляющие Эбботс-Мид: он рассказал, как комнаты пустеют и заполняются, о фургонах для перевозки мебели и освобожденных локациях. Он сделал дом Кубрика похожим на фабрику. «Если нам нужна пустая комната, – добавил он, – мы грузим все в контейнер и отправляем его на склад, который мы арендуем в Буллене, недалеко от Боремвуда». Я слышал, как Андрос называл комнаты «хранилищем» по меньшей мере десять раз, и я спрашивал себя, как у них могут быть проблемы с хранением вещей на всем этом пространстве.

Когда мы спустились во двор, он сказал мне, что Кристиана использовала первый этаж флигеля для того, чтобы писать свои картины. Она проводила много времени, рисуя растения и цветы, которые выращивались в теплицах, а также местные сельские пейзажи. Это была ее территория: в окружении холстов и запаха темперы, а также классической музыки и лирических опер, которые составляли ей компанию. Я заметил трех золотистых ретриверов, дремавших в тени деревьев в саду: «Это Тедди, Фиби и их мать Лола. У нас также водятся три кошки». Он назвал такой длинный список имен, что я не мог угнаться за ним. «Всегда помни, что ты никогда не должен оставлять Фредди и Лео вместе. Они дерутся так остервенело, что неизменно разрушают все вокруг. На первом этаже дома есть комната, специально для них. Они занимают ее по очереди: один в комнате, другой в саду. Да, – закончив, он серьезно взглянул на меня: – Я бы сказал, что это самое главное».

На следующий день, в семь утра, Андрос ждал меня на первом этаже флигеля с чашечкой американо. Он протянул мне стопку конвертов, чтобы я отвез их в Лондон. По возвращении я должен был пересесть в «Мерседес», чтобы развезти некоторых сотрудников Кубрика. Несмотря на то что съемки фильма были окончены, он все еще звал к себе домой некоторых людей, и моей работой было подвозить их. Мой рабочий день был почти таким же, как когда я работал в Hawk Films и знал только Яна Харлана. Хотя получение списка задач стало более веселым: Андрос пользовался каждой возможностью, чтобы подкалывать меня и шутить почти обо всем на свете, смеясь от души.

Несколько дней я выполнял задания, которые надавал мне Андрос, но однажды утром я снова увидел Кубрика: «Эмилио, мне нужное съездить в Лондон». Как только он сказал это, то сразу оказался в машине. В отличие от других актеров и режиссеров, которых я возил в «Миникэбах», Кубрик не дождался, когда я открою для него дверь. Он был так быстр, что добрался до машины раньше меня. Все чаще и чаще он выбирал «Минкс», а не «Мерседес», которым управлял его пожилой шофер Лесли. Кубрик снова говорил немного, когда ехал в машине. Он читал различные документы и делал заметки в своей записной книжке, которую всегда быстро клал на место во внутренний карман пиджака. Когда он открывал рот, оттуда всегда вылетал совершенно неожиданный вопрос.

– Ты перепробовал множество разных работ, – спросил он однажды днем, – какая твоя любимая?

– Гоночные машины – это моя страсть, остальное – просто работа. Надеюсь, у меня будет возможность участвовать в гонках в скором времени.

На мгновение я умолк.

– Можешь пообещать, что продолжишь работать на меня?

– Конечно. Если все будет так продолжаться, с большим количеством работы и соответствующим чеком в конце недели.

Он не возвращался к этой теме, пока мы не поехали домой. Вдруг он спросил, состою ли я в профсоюзе? Я услышал нотку надежды в его голосе. Для меня было достаточно услышать слово «профсоюз», чтобы в подложечной ямке завязался узелок. Он не дождался ответа и объяснил, что ему нужен ассистент, который не связан английской рабочей неделей с восьми до шести. «Это пустая трата времени – заканчивать работать в шесть. Остается еще целых полдня, – прокомментировал он просто. – Мне нужно, чтобы ты был тогда, когда ты мне понадобишься, даже если это означает вечером после обеда. Когда я снимаю фильм, мне нужно, чтобы я мог положиться на своих ассистентов всегда». Он подчеркнул последнее слово, сказав его медленно. Внезапно он стал болтливым: добавил, что человек, которого он искал, должен помогать ему в решении самых различных задач. Он должен был быть водителем, курьером, секретарем, менеджером автомобилей для служебных задач и так далее. Это не соответствовало нормам труда, принятым в английских профсоюзах, которые чрезмерно категоризировали работу. Эта сегментация означала, что для выполнения того, что он считал работой для одного человека, профсоюзы требовали бы нескольких человек. Он считал это еще очередной тратой времени. «Когда мы будем работать вместе, мне нужно будет передавать тебе блокноты, заметки, камеры… Мне нужно, чтобы я мог положить блокнот тебе в карман, не думая, что это нарушает правила профсоюза. Если бы я следовал этим правилам, мне нельзя было бы тронуть тебя даже пальцем».

– Я понимаю, – ответил я, когда он закончил говорить. – Если помощь означает следование этим чрезмерно требовательным правилам, она будет не очень-то полезной, да?

– Точно. Не следует вестись на то, что говорят профсоюзные активисты. Я дам тебе все, что тебе может когда-нибудь понадобиться.

В тишине салона автомобиля я думал, как чудесно было бы, если бы то, что сказал Кубрик, было правдой. Я больше никогда не собирался верить профсоюзам, это точно. Когда волна забастовок в шестидесятых годах дошла до фабрики чулочно-носочных изделий в Боремвуде, где я работал, мои коллеги заверили меня, что профсоюзы защитят нас и что можно не беспокоиться о нашей зарплате. Тотальная забастовка продолжалась, и я чувствовал, что нахожусь в одиночестве среди всех этих подверженных эйфории людей, думая о том, что в то время мне казалось очевидным: мы не работаем, мы не производим чулочно-носочные изделия, поэтому нечего продавать, нет выручки, нам не заплатят. Фактически завод закрылся. На телевидении шли бесконечные дебаты, но я был несильно образован, и они были слишком сложны для меня. Я не мог понять, кто был прав: лейбористы, которые поддерживали забастовку, или консерваторы, которые выступали против нее. Рабочие, которые протестовали за лучшую зарплату и сокращение рабочего времени, или руководство, которое демонстрировало цифры и статистику, чтобы показать, что это просто невозможно. Единственное, в чем я был уверен, – это в своей злости на то, что я потерял работу, а вместе с ней и будущее, которое я собирал по кусочкам, а также в том, что мне будет стыдно вернуться домой и посмотреть Жанет в лицо. Под конец этих тяжелых месяцев она дала мне тарелку с супом и оставила меня есть за столом в одиночестве. Когда я спросил ее, дала ли она Маризе и Джону что-нибудь поесть, она неуловимо ответила: «Да, конечно». «А что насчет тебя? Ты-то что-нибудь поела?» – спросил я. «Да, не волнуйся», – ответила она незамедлительно, но я знал, что это неправда: она всегда отвечала на этот вопрос, стоя спиной ко мне. Отчаяние, беспомощность и застойный запах нищеты, который заполнил наш дом, – я никогда этого не забуду.

«Эмилио, помоги мне подвинуть весь этот хлам!» – Андрос махал руками, чтобы привлечь мое внимание. Он находился в кладовой за кучей сундуков. Работая в Сант-Анджело, я погрузил много мешков с цементом и другого барахла. Работа руками, конечно, была для меня не проблемой. Однако вместо того, чтобы сказать спасибо, он начал насмехаться надо мной. «Давай, ты, ленивый ублюдок! Разве ты не сказал, что тебе нравится работать?» – ворчал он сквозь усы. Но взгляд моих глаз остановил его, и он рассмеялся над удивленным выражением моего лица. Андрос, не переставая, дразнил окружающих: когда я звонил утром, чтобы разбудить его, он говорил, чтобы я шел куда подальше, и бросал трубку. Когда я добирался до Эбботс-Мид, он уже был там и предлагал мне кофе: «Давай посмотрим, о чем дядя Стэнли попросит нас сегодня».

Если я был курьером и водителем, то Андросу лучше всего подошло бы описание фильтра между офисом и внешним миром. Он проводил весь день на телефоне, дергая за крепко связанную паутину контактов, что позволило ему выследить любого, кто понадобится Кубрику, за пять минут. Какая бы проблема ни вставала, он всегда знал, с кем связаться. Он организовывал встречи, спрашивал советы экспертов и следил за тем, чтобы все прошло гладко. Когда я не возил Кубрика куда-то, он заботился и обо мне и учил меня тому, как все работает в Эбботс-Мид.

– Мы не можем ждать вечно, пока нам что-то доставят. Прыгай в машину, езжай и забери это сам. Никогда не попадайся на холостом ходу. Стэнли смотрит на тебя. Ты можешь его не видеть, но он есть.

– Кто он, дар бога роду человеческому?

– В определенном смысле, – кивнул он серьезно.

В другой раз он говорил: «Если устройство сломано, разберись, как оно работает, и попытайся починить его самостоятельно, пока ты ждешь техника. Если ты разберешься к тому времени, когда он прибудет, отправляй его домой. Так ты поможешь ему сберечь и его время».

Старая поговорка «Если хочешь, чтобы что-то было сделано хорошо, сделай это сам» – это правда. Версия Эбботс-Мид получилась такой: «Если хочешь, чтобы что-то было сделано, сделай это».

Ознакомительный курс Андроса включал в себя также семинар по животным, которые обитают в доме: «Тебе нужно быть с ними очень осторожным, очень-очень осторожным». Пока мы оба пытались затолкать Фредди в его клетку, чтобы они с Лео могли поменяться местами, Андрос рассказал мне о том, как однажды кот забрался на вершину одного из деревьев во дворе перед домом. Он начал громко мяукать, и, хотя Андрос умолял кошку вести себя тихо, Кубрик услышал это, прибежал и впал в панику. «Ты не представляешь, какая неразбериха тут началась, – признался он, – Стэнли постоянно говорил: „Вызовите пожарную бригаду! Позвоните ветеринару! Звоните Кристиане!“, ну и почти всем, кто когда-либо бывал в Эбботс-Мид». Андросу пришлось не только вызвать пожарную бригаду, но и помочь Фредди спуститься без помощи лестницы.

Источник

Поделиться с друзьями
Моря и океаны
Adblock
detector