сокровища тьмы история месопотамской религии автор якобсен т

Сокровища тьмы история месопотамской религии автор якобсен т

ZMQmwztpr3cAPB P1gcQjgv28XEIi KwKU

ZMQmwztpr3cAPB P1gcQjgv28XEIi KwKU

Исследования политических процессов на Востоке запись закреплена

Якобсен Т. Сокровища тьмы: история месопотамской религии / Перевод с англ. С.Л. Сухарева; Отв. ред. И.М. Дьяконов. М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 1995.

Книга известного американского шумеролога Торкильда Якобсена «Сокровища тьмы: История месопотамской религии» посвящена истории религии Месопотамии. Научную точность автор сочетает с живым, увлекательным изложением материала. Определив в начале работы типологию шумерской религии и ее место среди древних мировых религий, он в дальнейшем прослеживает эволюцию религиозных взглядов жителей Двуречья с IV по I тысячелетие до н. э. подробнее. Его труд стал итогом огромной эволюции, которую этот ученый и мыслитель пережил за сорок лет своей работы в ассириологии. Он начал как социолог, затем взял лучшие достижения феноменологии, и, наконец, полностью реализовал свою концепцию месопотамской религии как историк и философ культуры.

КНИГИ ПО ИСТОРИИ ВОСТОКА
Название: Сокровища тьмы: история месопотамской религии
Автор: Торкильд Якобсен
Жанр: история
Описание: Книга известного американского шумеролога Торкильда Якобсена «Сокровища тьмы: История месопотамской религии» посвящена истории религии Месопотамии.
Научную точность автор сочетает с живым, увлекательным изложением материала. Определив в начале работы типологию шумерской религии и ее место среди древних мировых религий, он в дальнейшем прослеживает эволюцию религиозных взглядов жителей Двуречья с IV по I тысячелетие до н. э. подробнее.

Его труд стал итогом огромной эволюции, которую этот ученый и мыслитель пережил за сорок лет своей работы в ассириологии. Он начал как социолог, затем взял лучшие достижения феноменологии, и, наконец, полностью реализовал свою концепцию месопотамской религии как историк и философ культуры.

Источник

Сокровища тьмы история месопотамской религии автор якобсен т

© Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 1995

ПРЕДИСЛОВИЕ

«Сокровища тьмы» Торкильда Ясобсена — книга о мышлении, эмоциях и вере древних шумеров и аккадцев — народов, говоривших на двух совершенно не родственных друг другу языках, но создавших общую древнемесопотамскую цивилизацию, сыгравшую огромную роль в мировой истории; имели они и общую письменность — клинопись. Клинописные тексты, выдавленные на глиняных табличках, не стираются; они почти неистребимы; они могут быть изъедены почвенными солями, могут расколоться, падая из хранилищ верхнего жилья при разрушении дома, но все же в гораздо меньшей степени подвержены уничтожению, чем то, что в последующие столетия и тысячелетия было писано на папирусе, пергамене или бумаге. Поэтому о древнемесопотамской цивилизации мы знаем много — подчас куда больше, чем о собственном далеком прошлом.

Цивилизация эта сошла в небытие, в полное забвение уже две тысячи лет назад. И тем не менее открытие ее в наше время вызывает у многих читателей большой интерес. Почему? Мне кажется, потому что шумеры и аккадцы были люди, и узнать о людях совсем иной, чем наша, цивилизации интересно: а такие же они были, как мы? Или другая цивилизация — это другие люди по своим характерам и самой природе? Каковы были их мышление, эмоции, вера — в какой мере они сравнимы с нашими и что в них поучительного для нашего времени? Сейчас, когда мышление, эмоции и вера все более занимают наше общество наряду с, казалось бы, более насущными социальными и экономическими проблемами, древние решения эмоциональных вопросов особенно интересны.

Торкильд Якобсен, датско-американский ученый, которого автор настоящего предисловия почитает за честь отнести к своим личным друзьям, — едва ли не самый крупный в мире специалист по шумерскому языку (одному из самых замысловатых языков мира) и по шумерской литературе. А эта литература — не только своеобразная, но часто и очень несовершенно понимаемая нами из-за трудностей, которые создают для нас язык и особенно письменность шумеров, не менее замысловатая, чем их язык; и даже из-за трудностей беглого почерка, которым написано большинство шумерских литературных памятников.

Мне кажется, что автор очень глубоко понял и раскрыл многие стоявшие перед ним проблемы. Нужно полностью согласиться и с тем, что он считает шумерское литературно-религиозное мышление метафорическим, иносказательным, и с его делением истории шумеро-аккадской (древнемесопотамской — нам привычнее сказать вавилонской) на типологические периоды. Несколько ниже я скажу, как эту классификацию можно уточнить с чисто исторической точки зрения.

В одном существенном моменте редактор — и, я думаю, большинство русскоязычных читателей — не может и не должен согласиться с Т. Якобсеном. По мнению его, религия вообще и религия шумеров в частности представляет собой коллективную реакцию на то, что он — вслед за немецким философом-теологом Рудольфом Отто — называет нуминозным началом. Словарь так объясняет понятие «нуминозный»: «духовный, указывающий на присутствие божества, внушающий трепет». Сам Т. Якобсен называет нуминозность «таинством ужасающим и завораживающим» (mystуrium tremendum et fascinosum). Для Якобсена, как человека верующего, нуминозное — нечто извечное, всегда существующее, вечное. Нуминозное — это непознаваемое.

Однако, если мы оторвемся от древнемесопотамской цивилизации и обратимся ко всей истории человеческой мысли, то мы обнаружим, что многое, бывшее нуминозным для шумеров — например механизм зачатия, явление грозы, смена времен года,— в наше время познано и тем самым перестало быть нуминозным: объем нуминозного непрерывно сокращается. Конечно, и для нашей философии предела познанию нет, нет принципиально; познание есть процесс бесконечный, и непознанное будет существовать всегда. Непознанное, а не непознаваемое. Поэтому всюду, где Т. Якобсен пишет «нуминозное», я предпочел бы написать «непознанное».

Читайте также:  страшные истории дальнобойщиков аудио

С этим связано и еще одно важное обстоятельство. Есть коренное различие между верой и ритуалом в первобытности и ранней древности и тем, что мы привыкли называть «религией» — имея в виду учения о божестве и мироустройстве, возникавшие в эпохи поздней древности и средневековья и основанные, во-первых, на признанной определенным сообществом догме и, во-вторых на нормативной этике. Это такие религии, как христианство, ислам и буддизм. Вера и ритуал древних не были связаны с этическими нормами (что, конечно, не значит, что у древних не было этики) и не опирались на догму, но лишь на миф. При этом одна вера не исключала любую другую. Мифы, как и ритуалы, конечно, присутствуют и в знакомых нам религиях, но мне здесь важно подчеркнуть не то, что связывает их с первобытностью и ранней древностью, а то, что в них существовало, но первобытности и ранней древности было чуждо.

Источник

torkild yakobsen sokrovicha tmy istoriya mesopotamskoj religii

История месопотамской религии

© Yale University Press, 1976

© С.Л.Сухарев, перевод, 1995

© И.М.Дьяконов, предисловие, 1995

© Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 1995

ПРЕДИСЛОВИЕ

«Сокровища тьмы» Торкильда Ясобсена — книга о мышлении, эмоциях и вере древних шумеров и аккадцев — народов, говоривших на двух совершенно не родственных друг другу языках, но создавших общую древнемесопотамскую цивилизацию, сыгравшую огромную роль в мировой истории; имели они и общую письменность — клинопись. Клинописные тексты, выдавленные на глиняных табличках, не стираются; они почти неистребимы; они могут быть изъедены почвенными солями, могут расколоться, падая из хранилищ верхнего жилья при разрушении дома, но все же в гораздо меньшей степени подвержены уничтожению, чем то, что в последующие столетия и тысячелетия было писано на папирусе, пергамене или бумаге. Поэтому о древнемесопотамской цивилизации мы знаем много — подчас куда больше, чем о собственном далеком прошлом.

Цивилизация эта сошла в небытие, в полное забвение уже две тысячи лет назад. И тем не менее открытие ее в наше время вызывает у многих читателей большой интерес. Почему? Мне кажется, потому что шумеры и аккадцы были люди, и узнать о людях совсем иной, чем наша, цивилизации интересно: а такие же они были, как мы? Или другая цивилизация — это другие люди по своим характерам и самой природе? Каковы были их мышление, эмоции, вера — в какой мере они сравнимы с нашими и что в них поучительного для нашего времени? Сейчас, когда мышление, эмоции и вера все более занимают наше общество наряду с, казалось бы, более насущными социальными и экономическими проблемами, древние решения эмоциональных вопросов особенно интересны.

Торкильд Якобсен, датско-американский ученый, которого автор настоящего предисловия почитает за честь отнести к своим личным друзьям, — едва ли не самый крупный в мире специалист по шумерскому языку (одному из самых замысловатых языков мира) и по шумерской литературе. А эта литература — не только своеобразная, но часто и очень несовершенно понимаемая нами из-за трудностей, которые создают для нас язык и особенно письменность шумеров, не менее замысловатая, чем их язык; и даже из-за трудностей беглого почерка, которым написано большинство шумерских литературных памятников.

Мне кажется, что автор очень глубоко понял и раскрыл многие стоявшие перед ним проблемы. Нужно полностью согласиться и с тем, что он считает шумерское литературно-религиозное мышление метафорическим, иносказательным, и с его делением истории шумеро-аккадской (древнемесопотамской — нам привычнее сказать вавилонской) на типологические периоды. Несколько ниже я скажу, как эту классификацию можно уточнить с чисто исторической точки зрения.

В одном существенном моменте редактор — и, я думаю, большинство русскоязычных читателей — не может и не должен согласиться с Т. Якобсеном. По мнению его, религия вообще и религия шумеров в частности представляет собой коллективную реакцию на то, что он — вслед за немецким философом-теологом Рудольфом Отто — называет нуминозным началом. Словарь так объясняет понятие «нуминозный»: «духовный, указывающий на присутствие божества, внушающий трепет». Сам Т. Якобсен называет нуминозность «таинством ужасающим и завораживающим» (mystуrium tremendum et fascinosum). Для Якобсена, как человека верующего, нуминозное — нечто извечное, всегда существующее, вечное. Нуминозное — это непознаваемое.

Однако, если мы оторвемся от древнемесопотамской цивилизации и обратимся ко всей истории человеческой мысли, то мы обнаружим, что многое, бывшее нуминозным для шумеров — например механизм зачатия, явление грозы, смена времен года,— в наше время познано и тем самым перестало быть нуминозным: объем нуминозного непрерывно сокращается. Конечно, и для нашей философии предела познанию нет, нет принципиально; познание есть процесс бесконечный, и непознанное будет существовать всегда. Непознанное, а не непознаваемое. Поэтому всюду, где Т. Якобсен пишет «нуминозное», я предпочел бы написать «непознанное».

С этим связано и еще одно важное обстоятельство. Есть коренное различие между верой и ритуалом в первобытности и ранней древности и тем, что мы привыкли называть «религией» — имея в виду учения о божестве и мироустройстве, возникавшие в эпохи поздней древности и средневековья и основанные, во-первых, на признанной определенным сообществом догме и, во-вторых на нормативной этике. Это такие религии, как христианство, ислам и буддизм. Вера и ритуал древних не были связаны с этическими нормами (что, конечно, не значит, что у древних не было этики) и не опирались на догму, но лишь на миф. При этом одна вера не исключала любую другую. Мифы, как и ритуалы, конечно, присутствуют и в знакомых нам религиях, но мне здесь важно подчеркнуть не то, что связывает их с первобытностью и ранней древностью, а то, что в них существовало, но первобытности и ранней древности было чуждо.

Читайте также:  сохранять историю запросов в яндексе на телефоне как сделать

Зато мифы и ритуалы ранней древности имели особую, важнейшую функцию, значительно ослабленную в «новых» религиях: они являлись формой Познани я: и даже более — для того времени единственной формой познания мира[1] Конечно, уже в древности накапливался фактический материал, легший затем в основание науки; а позже — но все еще и в пределах древности — Аристотель, Зенон и другие греческие философы положили основы научной (так называемой «формальной») логики, без которой сейчас вообще невозможна плодотворная работа мысли; но даже Аристотель писал для немногих, и прежние приемы познания через метафоры сохраняли силу для всего остального человечества.

Почему было возможно и необходимо метафорическое познание, а в пределах ранней древности — только метафорическое познание? Потому что человечество еще не выработало абстрактных понятий, без которых невозможно научное обобщение. Таких слов, как «красота», «божественность», «собственность», в шумерском языке нет. Вместо «красивый» говорили «хороший», «божественность» называлась nam-dingir (или: nam dingir) «судьба (или „рок») бога», вместо «собственность» — «то, что рука захватила». А чего не было в языке, того не было и в сознании[2]. И поэтому познавать непознанное можно было только описательно — или по сходству, или по смежности, или по созвучию — метонимически и метафорически.

Метафорическое познание заменяло собой и научное (познание объекта, каков он есть), и художественное (познание нашего отношения к объекту, передача нашей эмоции). Божество было метафорой либо физического явления, либо социально-психологического побуждения. Искусство было неотделимо от веры и ритуала, и напрасно Т. Якобсен считает некоторые произведения шумерской письменности «чисто развлекательными». И танец, и песня, и изображение были только ритуальными. А ритуал — в действии, так же, как и миф — в слове, служили метафорическому познанию мира и выражению отношения между человеком и его мировой средой.

Источник

Сокровища тьмы. История месопотамской религии

b29c9c0439a9fa190cf5cd885c2015247af895da

Книга известного американского шумеролога Торкильда Якобсена посвящена истории религии Месопотамии. Научную точность автор сочетает с живым, увлекательным изложением материала. Определив в начале работы типологию шумерской религии и ее место среди древних мировых религий, он в дальнейшем прослеживает эволюцию религиозных взглядов жителей Двуречья с IV по I тысячелетие до н. э.

«Сокровища тьмы» Торкильда Ясобсена — книга о мышлении, эмоциях и вере древних шумеров и аккадцев — народов, говоривших на двух совершенно не родственных друг другу языках, но создавших общую древнемесопотамскую цивилизацию, сыгравшую огромную роль в мировой истории; имели они и общую письменность — клинопись. Клинописные тексты, выдавленные на глиняных табличках, не стираются; они почти неистребимы; они могут быть изъедены почвенными солями, могут расколоться, падая из хранилищ верхнего жилья при разрушении дома, но все же в гораздо меньшей степени подвержены уничтожению, чем то, что в последующие столетия и тысячелетия было писано на папирусе, пергамене или бумаге. Поэтому о древнемесопотамской цивилизации мы знаем много — подчас куда больше, чем о собственном далеком прошлом.

Сокровища тьмы. История месопотамской религии скачать fb2, epub бесплатно

96f26ee8fa229df598bfd7a9aa7665f0d0011d14

Книга известного английского писателя, ученого и публициста Бэзила Дэвидсона, изданная в 1960 году, посвящена восстановлению истории древних цивилизаций в Африке. Что такое «копи царя Соломона»? Кто построил «Акрополь» в Зимбабве? Кто были безвестные гении, создавшие шедевры Бенина? Пребывала ли Африка до появления там европейцев в состоянии дикости или же африканцы создали развитую самобытную культуру? Читатель найдет здесь ответы на все эти вопросы. Дэвидсон пытается развенчать миф, будто Африка – континент, не имеющий истории.

Книга Дэвидсона в свое время вызвала громадный интерес и переведена на многие языки. На сегодняшний день она не утратила интереса и актуальности.

e221b60c330a8a85ed7a68fcbae0442b63188d60

Питер Беллвуд, известный австралийский археолог, специалист по древней истории Тихоокеанского региона, рассматривает вопросы археологии, истории, материальной культуры народов Юго-Восточной Азии и Океании. Особое внимание в книге уделяется истории заселения и освоения человеком островов Океании. Монография имеет междисциплинарный характер. В своем исследовании автор опирается на новейшие данные археологии, антропологии, этнографии, лингвистики. Peter Bellwood. Man’s conquest of the Pacific. The Prehistory of Southeast Asia and Oceania, 1978.

d6ede2b4120ce04d7ffa31eeb255fc1efabb5440

Видный английский исламовед У.М. Уотт и филолог П. Какиа предлагают краткий, но весьма содержательный обзор истории Испании в эпоху мусульманского завоевания (VIII—XV вв.), важнейших социальных и культурных проблем жизни страны в тот период.

828f1f8e3a249617b5a5d392ead21d9e6aab9587

Книга французского историка Пьера Левека посвящена истории, экономике и культуре эллинистической эпохи (конец IV – I в. до н. э.), взаимосвязям эллинистического мира с государствами Востока и «варварской» периферией. Автором учтены достижения современной историографии, данные многочисленных археологических раскопок, производившихся в том числе и советскими археологами.

5e1ff1651788c007ebfac32253311d88256e7922

Автор книги, известный английский археолог, в живой и непринужденной форме рассказывает о последствиях похода Александра Македонского на Восток — переменах в ходе развития культуры и искусства.

792a91538400113fe9b028a07d788f51182f5f96

Книга известного английского востоковеда О.Р. Генри посвящена важнейшим вопросам хеттологии: этнической, политической и социально-экономической истории хеттов, характерным особенностям права, религии, литературы и искусства. Снабжена послесловием.

86c6e6e46b635f8a1d1e082b07b6787994cf5a4d

Книга Генриха Штоля посвящена в основном, истории открытий древних рукописей в пещерах Кумрана и археологическим раскопкам центрального строения кумранской общины — Хирбет — Кумран. Избранная Штолем форма «романа» позволяет ему отказаться от общепринятых версий даже тогда, когда в этом, как кажется, нет особой необходимости, когда это логически и психологически не диктуется развитием «романа».

375cbe27e5ba8ef43aa6163972ccc8b78b66d1ba

Этрурия — древнее государство в центре Италии, достигшее расцвета еще до возникновения Рима. Впоследствии римляне, желая доказать, что они произошли от богов, постарались изгладить следы этрусков из памяти человечества. Двести лет назад перед изумленным миром предстали великолепные произведения искусства древнего мира, о котором до сих пор почти ничего не известно. Ученым пока не удалось проникнуть в тайну этрусков, но сам ход исследований порой увлекательней изощренного детективного сюжета. О них-то и рассказывается в этой книге.

Читайте также:  почему персонажи не взрослеют симс 4

bb62b64b0efecb6e70c0b5e91857ee5a7944aa03

Египет и Месопотамия — великие цивилизации древнего Ближнего Востока. Духовной культуре древних египтян и обитателей Месопотамии посвящена эта книга. Четверо известных ученых-востоковедов предприняли попытку проникнуть во внутренний мир людей, отдаленных от нас тысячелетиями. В книге рассказывается о религиозных, космологических, социальных и этических представлениях египтян, шумеров и вавилонян. Написанная в середине 1940-х годов книга до сих пор остается одной из лучших работ, знакомящих читателя с удивительным миром древнего Востока.

a03e811cf5fb53f595526444434d124003f2f15c

Николай Губенко. Режиссер и актер

d526c7a02c7273cad2a49bad4cb475270866554d

Пифей. Бортовой дневник античного мореплавателя

442eb094dd21257be2ab35730f74f8bd509a9bd6

Тот, кто справился с Малышом Мохаве

Перевод Александра Савинова

Ред чистил карабин, Док Ландер откинулся на спинку кресла с зажженной трубкой. Печка раскалилась докрасна, запас дров был достаточным, нас ждали разобранные на ночь постели. Стояла ранняя осень, но ночи были уже прохладными. В кобуре, повешенной на спинку кровати, лежал старый револьвер с потертой рукояткой; и было видно, что и кобурой, и револьвером в свое время пользовались часто.

cae95476c074c86a6673c0b6fc0a97bac5b6ad9d

Тропа к семи соснам

Перевод Александра Савинова

Глава1. Два мертвеца

Попрыгунчик Кэссиди остановил своего белого жеребца на голом гребне хребта. На вычищенных ветрами скалах не было ни крошки земли, и лишь несколько изогнутых кедров росли, казалось, из самого камня, как могут расти только кедры. В этот последний предзакатный час воздух был удивительно чистым, настолько чистым, что ясно просматривался весь склон гор на противоположном конце долины, словно горы стояли не за много миль отсюда, а всего в нескольких ярдах.

aa9ec9120cfdbb7cd61ff3a7f7b6e90e7a446dc0

Спектакль назывался путч: Воспоминания генерала воздушно-десантных войск

Генерал-лейтенанта Лебедя в СНГ (СНГ-сборище ненормальных государств, как шутит Александр Иванович) представлять не надо. Его широко знают как героя защиты «Белого дома» честного офицера, безукоризненно выполнившего свой интернациональный долг в Афганистане, мужественно защищавшего мирных жителей в Баку от озверевших националистов, выдержавшего провокационные нападения во время националистической вспышки печально известных тбилисских событий. Благодаря богатому жизненному опыту молодой генерал быстро сумел разобраться в 1992 году в сущности приднестровской трагедии. В его известном заявлении на имя президента России на весь мир прозвучала смелая, точная и емкая фраза о предательстве бездарных политиков, стоявших тогда у власти: «Пора прекратить болтаться в болоте малопонятной, маловразумительной политики. Что касается державы, которую я имею честь здесь представлять, могу добавить еще то, что хватит ходить по миру с сумой. Как козлы за морковкой. Хватит. Пора за дело браться, державу блюсти. Возьмемся-у нас занимать будут».

ea7c324ddb295c83f7c695e61ca41fe44374b7e0

Рихард Вагнер как поэт и мыслитель

b89fccaf2c6f1e5f36c4d3996bac272b7363a73b

В зарослях, непринужденно развалясь около весело горевшего костра, сидел человек. В нем было что-то беззаботное и вместе с тем ужасное. Эта полоса редкого леса между железнодорожной насыпью и речным берегом — излюбленное пристанище бродяг. Но человека, сидевшего у костра, нельзя было назвать бродягой. Он так опустился, что ни один уважающий себя бродяга не сел бы с ним рядом у одного костра. «Кот», только вышедший на «дорогу», — еще присел бы, пожалуй, но и он тотчас ушел бы, раскусив, с кем имеет дело. Даже самые ничтожные подонки и попрошайки, смерив его беглым взглядом, прошли бы мимо. Закоренелый бродяга, пара мелких воришек или малолетняя шпана с «дороги», может быть, и не погнушались бы переворошить его лохмотья, чтобы посмотреть, не завалялся ли там какой-нибудь случайный пенни или цент, и затем, дав хорошего пинка, толкнули бы его в темноту. Даже последний пьянчужка счел бы себя стоящим неизмеримо выше его.

080d6209b972832fd061ff0fa688320f4f5f10a2

Ниндзя: герои, наемники и предатели

Фраза в римском театре.

bdf186814e1f01ce3b0f3ca365290b0dae78f241

Это моя первая книга. Я над ней очень старалась. Речь идёт о девушке, совсем юной, но уже попавшей в переделку. Её жизнь поменялась за один день. А главное — то куда она её привела…

4983fadd959a343a077f39ee321b7f504f7e9890

Рассказывая о том, как менялись представления о любви в истории, соединяя пунктиром эпохи Древнего Египта, Древней Греции и Древнего Рима, Средневековье, эпоху Возрождения и современность, американский публицист и поэт Диана Акерман приглашает нас постичь «великое непостижимое» – любовь во всем многообразии ее аспектов. Изысканно написанная и основанная на потрясающей информированности, эта книга – подлинный гимн любви. «Как возникает любовь? Как ее можно понять в контексте эволюции? Что такое психология любви? Эротическая и неэротическая любовь – по сути одно ли и то же? Кто по своей природе любит больше – мужчина или женщина? Что такое материнская любовь? Как любовь влияет на наше здоровье? Можно ли сказать, что у мужчин и женщин разные сексуальные программы? Как связаны между собой отсутствие любви и преступность? Что такое химия любви? Моногамны ли мы по природе или рождены, чтобы обманывать своего партнера? Как менялось представление о любви от эпохи к эпохе? Действительно ли существуют афродизиаки? Испытывают ли любовь животные? Каковы обычаи и причуды любви? Нам очень повезло, что мы живем на планете, изобилующей человеческими существами, растениями и животными, и часто меня изумляет, какие странные задачи ставит перед ними эволюция. Но из всей жизненной круговерти, из всех тайн, которые нас зачаровывают, я предпочитаю любовь». Диана Акерман

Источник

Поделиться с друзьями
Моря и океаны
Adblock
detector