сапармурадов максат байрамович биография

Максат Сапармурадов о каспийской политике Ашхабада и важных изменениях в политической жизни Туркменистана

Председатель региональной общественной организации русско-туркменской дружбы «Соотечественник» Максат Байрамович Сапармурадов в эксклюзивном интервью порталу «Каспийский вестник» рассказал о роли Туркменистана в формировании текущих трендов геополитической ситуации в Каспийском регионе, развитии региональных многосторонних проектов на Каспии с участием Ашхабада, а также о важных изменениях во внутриполитической сфере Туркменистана, которые будет инициировать новая общественно-политическая сила — Координационный совет политических партий, общественных организаций и соотечественников за рубежом «Путь к свободе».

020719 4

2 октября 2017 года в Ашхабаде Россия и Туркменистан подписали Договор о стратегическом партнерстве двух стран. Кроме этого лидеры стран регулярно подчеркивают стремление всесторонне развивать двусторонние отношения, в том числе и на каспийском направлении. Как бы вы оценили отношения России и Туркменистана на современном этапе, действительно ли они достигли заявленного стратегического уровня?

В настоящее время подписанный договор о стратегическом партнерстве в большей степени формальность. Деятельность туркменской стороны носит показной, демонстративный характер, дальше громких заявлений дело пока не доходит. Прежде всего, это является следствием низкого кадрового потенциала нынешней правящей элиты страны. Сегодня там крайне мало высококвалифицированных кадров, которые могли бы выстраивать грамотную политику и экономический курс. В основном власти страны сегодня бравируют новым портом на Каспийском море – Туркменбаши, который им удалось успешно построить. Также к своим достижениям они относят приобретение судов, которые могут перевозить нефть и нефтепродукты, и рост транзитного потенциала за счёт привлечения грузов, перевозимых на направлении «Восток-Запад».

Но это крайне мало для того, чтобы успешно выстроить стратегическое партнёрство с той же Россией. Для этого нужны конкретные экономические проекты, где стороны на взаимовыгодной основе организуют масштабное сотрудничество в какой-то конкретной сфере. Однако экономика Туркмении сегодня не обладает необходимым для этого потенциалом. Кроме продажи газа Китаю и возобновленного аналогичного сотрудничества с Россией у страны сегодня нет стабильных и крупных источников доходов. Поступления от других отраслей на мизерном уровне, имеется ввиду продажа продуктов питания, стройматериалов, продуктов нефтехимической обработки и др.

Однако официальный Ашхабад, несмотря на то, что не имеет достаточного ресурса для охраны границ, не стремится обращаться за помощью к России, которая имеет огромный опыт в этом плане и могла бы быстро стабилизировать ситуацию, что крайне благотворно сказалось бы в целом на ситуации в Туркмении. Но этого не делается, поэтому о каком стратегическом характере сотрудничества здесь можно говорить.

На этой неделе в Туркменистан прибыл новый американский посол Мэтью Стивен Климов. Какие задачи призван решать новый глава дипломатической миссии и как Вы в целом оценивает отношения Туркменистана и США?

Когда новый посол уезжал из Штатов он официально заявил, что намерен бороться за соблюдение прав человека в Туркмении, содействовать борьбе с коррупцией, помогать в борьбе с экстремизмом. Однако это всё стандартный набор фраз представителей американской стороны, которые мало что значат. Он, прежде всего, будет работать над тем, чтобы привлечь на сторону Вашингтона высшее политическое руководство страны, в том числе и президента. Пока Гурбангулы Бердымухамедов пытается усидеть на «трёх стульях» — китайском, российском и американском. Но это у него вряд ли получится. Рано или поздно надо делать выбор. Туркменистан для США интересен своим географическими положением. Он прекрасный плацдарм для действий как на афганском, так и на иранском направлении, где США реализуют сегодня ключевые национальные интересы. И американцы, понимая это, будут пытаться получить статус главного партнёра Ашхабада.

Если говорить о ещё одном важном направлении политики США на Каспии, то следует отметить наметившийся в последнее время рост активности высших должностных лиц в Вашингтоне по продвижению реализации проекта строительства Транскаспийского газопровода. Об этом говорил и Дональд Трамп и новый американский посол. Как Вы оценивает перспективы этого проекта?

Проект Транскаспийского газопровода зародился ещё во времена СССР. Но тогда его посчитали невыгодным. Сегодня ситуация не сильно изменилась. Во-первых, нет ясности по его ресурсной базе, чем его будет заполнять туркменская сторона. Во-вторых, не решён один из главных спорных вопросов с Баку – месторождение Сердар/Кяпаз, без которого сделка Азербайджана и Туркменистана вряд ли состоится. Азербайджанская сторона, которая ещё с советских времён была монополистом в плане разведки и добычи газа на Каспии, претендует на месторождение больше на историческом основании, спорное месторождение просто территориально ближе к Туркмении. Однако спорить о том, кому принадлежит месторождение можно долго. Главное, что проблема сегодня никак не решается, а это отодвигает перспективу реализации проекта Транскаспийского газопровода. Хотя если сторонам удалось бы договориться о совместной разработке Сердар/Кяпаз, то и строить особо ничего не пришлось, достаточно просто соединить подводные газопроводные системы стран, которые де-факто существуют, и параллельно договориться с Россией и Ираном, интересы которых стоит, безусловно, учитывать. Но для этого нужна политическая воля, а сегодня её нет.

Раз мы перешли к вопросам территориального разграничения дна Каспийского моря, то необходимо вспомнить, что у Туркменистана есть нерешенные вопросы в этой сфере и с Ираном. Переговоры на этом направлении ведутся?

Читайте также:  женский стендап участницы джабраилова биография

Пока никаких упоминаний по этому вопросу ни в официальных источниках, ни в прессе не отмечается, что, прежде всего, является следствием затянувшегося газового конфликта между Ираном и Туркменией.

Исторически отношения туркменов со своим южным соседом нельзя назвать благоприятными. В их истории было много вооруженных столкновений, непонимания и т.д. Но и сегодня стороны не могут найти точек соприкосновения по ключевым вопросам двусторонних отношений, в том числе газовому. Хотя у сторон есть много общего, в частности, три миллиона этнических туркмен, проживающих сегодня вблизи юго-восточного побережья Каспийского моря. Туркменскую диаспору там сегодня никто не обижает, хотя со стороны туркмен когда-то и звучали требования по предоставлению им независимости. Но с тех времён прошло уже много времени.

Поэтому Иран с его многомиллионным населением является крайне важным региональным игроком, с которым Ашхабаду надо договариваться. Да здесь есть проблема. Иран во много воспринимает Туркмению как сырьевой придаток. Но это не является существенным препятствием для развития взаимовыгодного сотрудничества. Решив газовый конфликт, стороны могли бы возобновить своповые поставки газа. Ирану нужен газ на севере страны, а Туркмении выгодно поставлять свой газ на мировой рынок. Кроме того имеется вся необходимая для этого инфраструктура, построен туркмено-иранский газопровод, в Персидском заливе есть мощности по сжижению газа. Следует напомнить, что и в Туркменбаши есть недостроенный завод по сжижению газа, который когда-то построила компания «Pars Energy». По ряду причин он не смог заработать, но база для данного направления развития экспорта сжиженного природного газа до сих пор имеется. Поэтому здесь можно было бы легко договориться. Но опять же встаёт вопрос наличия политической воли и в целом стратегического мышления у правящей элиты страны.

Чтобы закончить с трубопроводной тематикой стоит вспомнить ещё один масштабный проект Ашхабада – газопровод Туркменистан-Афганистан-Пакистан-Индия (ТАПИ). Какова ситуация со строительством этого трубопровода?

Идея проекта ТАПИ родилась уже более 20 лет назад. Изначально ей занималась аргентинская компания «Бридас», однако впоследствии их идея была перехвачена «Юнокал-76». Новый лоббист проекта обещал договориться с талибскими группировками, через территорию которых проходила трасса трубопровода, выделить необходимые средства на его реализацию. Однако все эти разговоры не превратились в реальный результат, и во многом идея ТАПИ была призвана создать рычаг влияния на руководство Туркмении со стороны монархий Ближнего Востока и США. До сих пор проекту ТАПИ так и не удалось существенно продвинуться и будущее у него выглядит весьма туманным. Тем более в ТАПИ не заинтересованы не в Китае, не в Иране, что также снижает вероятность его реализации.

Недавно делегация Туркменистана во главе с министром иностранных дел Рашидом Мередовым побывала в Афганистане. Сообщалось, что стороны обсуждали проекты в сфере транспортировки энергоресурсов, строительства линий электропередач, развития железнодорожной инфраструктуры. Как Вы оцениваете состояние туркмено-афганских отношений?

Стоит отметить, что сегодня торговля с Афганистаном ведется как непосредственно через туркмено-афганскую границу через Серхетабат (бывшая Кушка), так и через территорию Ирана. Иранское направление контролируется Корпусом стражей исламской революции КСИР. Здесь в основном проходят поставки нефти и нефтепродуктов.

Грузы в Афганистан по железной дороге доставляются примерно на 10 километров вглубь страны. Дальше везти небезопасно, потому что на афганской стороне ситуация крайне нестабильная.

Туркмении необходимо оказывать всяческую поддержку своим более бедным соседям. Поставлять туда продукты, электроэнергию, это будет иметь позитивный эффект на ситуацию, как в сфере развития государственных отношений, так и на туркмено-афганской границе.

Еще одним из соседей Туркмении является Казахстан. Страны не только имеют крупный совместный проект – железную дорогу Казахстан-Туркменистан-Иран, но и несколько лет назад урегулировали вопрос разграничения дна Каспийского моря, что свидетельствует о позитивном векторе развития двустороннего сотрудничества. Как бы вы оценили отношения двух государств?

Как Вы только что сказали, главным совместным проектом сторон является железная дорога Казахстан-Туркменистан-Иран. Сама идея её строительства родилась, когда сложные отношения были у Туркменистана с Узбекистаном под руководством Ислама Каримова. Чтобы обойти узбекскую территорию и была проложена новая магистраль. Проект в целом очень хороший, обладает большим потенциалом для трансконтинентальной перевозки грузов. Однако туркменской стороне необходимо активно привлекать грузы на новую дорогу, заключать соглашения с перевозчиками, но этого не делается. Дорога развивается аморфно и на свою полную мощь она так и не заработала. Кроме того, там есть ряд технически сложных моментов. Во-первых, на туркменской стороне дорога проложена с нарушением технологии строительства. В случае сильного ветра её засыпает песком, и поезда вынуждены ждать, когда дорогу очистят соответствующие службы.

Между Казахстаном и Туркменией проходит ещё одна важная магистраль – автодорога вдоль Каспия и залива Кара-Богаз-Гол. В последнее время идут разговоры о необходимости её модернизации, но пока инвесторов для строительства не найдено. И поэтому потенциал не только этого направления сотрудничества между Казахстаном и Туркменистаном, но и в целом межгосударственных отношений пока не раскрыт.

Максат Байрамович, Вы ранее заявляли об идее создания Международного экологического фонда в Каспийском регионе. Расскажите подробнее об этой идее?

На мой взгляд, это очень важная и нужная сегодня инициатива. Каспийское море подвержено высокой антропогенной нагрузке, здесь ведётся активная разработка углеводородных месторождений, динамично развивается морской транспорт. В этих условиях повышается риск возникновения масштабных катастроф и происшествий в морской акватории. Поэтому я предлагаю создать пятисторонний механизм, который будет заниматься данной проблематикой. Его работа может строиться на основе взносов участников, которыми будут пять прикаспийских стран. Многосторонняя экологическая организация будет проводить экспертизу новых проектов, контролировать соблюдение экологических норм и требований на уже реализуемых проектах, вести эколого-просветительскую деятельность и т.д. Для начала можно было бы учредить общественную организацию, в устав который были бы внесены соответствующие положения, а в дальнейшем можно было бы подумать и над созданием межгосударственного фонда.

Читайте также:  вован сидорович история снахочп

В завершении интервью предлагаю обратиться к вопросам внутриполитической ситуации в Туркменистане, тем более, как я понимаю, у Вас есть весьма важные известия по данному поводу?

Да есть. Ни для кого не секрет, что в Туркменистане сегодня сложилась достаточно сложная ситуация. Нечего скрывать, страна стала жить намного беднее. Есть проблемы с продовольственным обеспечением, ситуация на границе с Афганистаном требует постоянного внимания, отмечается большой отток населения страны за рубеж. Во многом этого является следствием недальновидной работы руководства страны и в целом нынешней политической элиты, которая не в состоянии обеспечить грамотное управление государством.

В этих условиях неравнодушные к судьбе своей страны туркмены решили создать новую политическую силу, которая призвана кардинальным образом изменить сложившийся сегодня негативный вектор развития Туркмении. На одной из недавних встреч, которые прошли в Стамбуле решено создать Координационный совет политических партий, общественных организаций и соотечественников за рубежом «Путь к свободе». Возглавить его предложено мне.

В состав организации войдут четыре политических партии, которые пока не зарегистрированы, так как для Туркменистана сегодня это довольно сложная задача. К ним относятся Консервативная партия Туркменистана, которая возглавляется мною, Демократическая либеральная партия Туркменистана, созданная студентами туркменами, обучающимися за границей, Демократическая партия Туркменистана, объединяющая сторонников обновления страны, проживающих в настоящее время в Туркменистане, и Коммунистическая партия Туркменистана, также имеющая сторонников в Туркменистане. В состав Координационного совета также должны войти авторитетные общественные деятели. Организация открыта для приёма новых членов.

Я хотел бы особо отметить, что мы не считаем себя оппозицией, для туркменских политических реалий это не свойственно – иметь оппозицию. Мы объединение патриотов своей страны, которых не устраивает нынешняя ситуация на Родине. Да, в случае создания нормальной парламентской системы в Туркменистане, оппозиция у нас априори появится, но для этого ещё нужно пройти длинный путь. В ближайшей перспективе мы хотим посадить нынешнюю политическую верхушку за стол переговоров и призвать её кардинальным образом изменить своё отношение к руководству страной. Нужно срочно разработать и претворить в жизнь комплекс реформ, направленных на улучшение состояние экономики, преобразование политической системы в пользу её большей демократизации. В дальнейшем надо провести свободные и независимые президентские и парламентские выборы, где народ Туркмении сможет выбрать нового подходящего для управления страной лидера. При этом мы намерены гарантировать безопасность Гурбангулы Бердымухамедова и членов его семьи, решение внутриполитических проблем силовым, экстремистским путём, мы не приемлем.

В течение двух последних недель Координационный совет уже приступил к агитации в Сети Интернет, на видеохостинге YouTube размены соответствующие материалы. 27 июня сторонники организации распространили листовки Координационного совета в Дашогузском велаяте страны, чтобы население узнало о создании новой структуры. В ближайшее время аналогичные акции пройдут в других регионах.

Таким образом, надеюсь, что уже в ближайшее время мне, как руководителю Координационного совета «Путь к Свободе» удастся изменить ситуацию на моей Родине к лучшему.

Спасибо большое, Максат Байрамович, за интересное и содержательное интервью!

Источник

Максат Сапармурадов: Сценарий транзита власти в Туркменистане остался один

Череда громких арестов в Туркменистане в начале декабря породила огромное количество вопросов. Некоторые СМИ даже говорили о попытке насильственного захвата власти. Что именно сейчас происходит в стране и чего ожидать в интервью Platon.asia рассказал председатель правления Общества русско-туркменской дружбы «Соотечественник», учредитель и руководитель незарегистрированной в Туркменистане Консервативной партии Туркменистана (КПТ), Максат Байрамович Сапармурадов.

Максат Байрамович, вы работали в туркменских силовых структурах и, видимо, знаете, как там на практике осуществляется надзор за людьми. В этой связи не могли бы пояснить, как происходит этот процесс, вообще контроль за всеми общественными сферами? Неужели туркменская власть сегодня все телефоны прослушивает, устраняет всех «подозрительных»?

— Происходит тотальный контроль за гражданами Туркменистана, используя весь имеющийся ресурс у правоохранительных органов. Тем не менее, за всеми людьми на территории Туркменистана невозможно установить полный надзор.

Говорили, что через территорию Туркменистана осуществляются поставки наркотиков из Афганистана и что именно этим обусловлены приграничные стычки. Насколько соответствуют реальности эти версии? То есть, получается, наркомафия не смогла «купить» туркменских силовиков, высокопоставленных чиновников?

Да, это так! И это продолжается все 28 лет существования независимого и нейтрального государства Туркменистан. Правоохранительные органы сами лично контролируют наркотрафик.

— Насколько боеспособна туркменская армия, готова ли она противостоять угрозам из Афганистана, или Ашхабад в случае чего может обратиться к Москве за помощью?

Читайте также:  американская история преступлений 1 сезон смотреть lostfilm

Для того, чтобы знать, с кем у Ашхабада развиваются глубокие партнерские отношения, наверное, нужно в первую очередь знать, кому и сколько поставляет газ Туркменистан в настоящее время? И кто в стране курирует этот процесс?

— В Туркменистане весь процесс продажи природного газа контролирует лично сам Бердымухамедов. Поставки осуществляются в Китай и Россию. Однако сложно сказать, в каких именно объемах, потому что эта информация тщательно скрывается.

— В СМИ часто говорят о внешних долгах Туркменистана, что из-за них сегодня в стране социально-экономический кризис. Поэтому хотелось бы знать, на самом деле все так и происходит и сколько еще кредитов нужно оплачивать Ашхабаду?

— Дело не долгах! Все дело в некомпетентной работе правительства Туркменистана. Насчет кредитов тоже неизвестно, какие суммы должен Туркменистан разным странам. В нашей стране такие данные не предаются огласке, что нелепо и абсурдно.

— Насколько сегодня разобщено туркменское общество, до какой степени развит в Туркменистане трайбализм в виде скрытого соперничества племен и кланов? Как Бердымухаммедов регулирует этот процесс, удается ли ему контролировать всю туркменскую элиту?

— Собственно, борьба между племенами туркменов была во все времена. При СССР этими процессами регулировали и управляли в ЦК КП Туркменистана. Это политика в стиле «разделяй и властвуй». Бердымухамедов этим процессом руководит, но имеет при этом уже большие проблемы! Это все может привести к гражданской войне в Туркменистане. По моему мнению, слух о том, что якобы последний арест министра МВД может быть связан с попыткой насильственного захвата власти, ничем не обоснован. Я не думаю, что у этого министра возникали какие-либо мысли о свержении президента, поскольку если бы он об этом подумал, то лишился бы жизни. Его главная задача была — служить режиму, грабить население и делиться с хозяином. Если бы у министра было бы желание совершить переворот, то он бы это сделал. Сама позиция президента Бердымухамедова неизменна. А заключается она в том, что главе государству выгодны те чиновники, которые, как и он, обворовывают свое население до поры до времени. Для этого большого ума не надо. И когда они становятся ненужными, то он с легкостью может их посадить в тюрьму за эти преступления, тем самым обелив себя. А наворованное присвоит себе лично. В этом заключается суть политики режима: разделяй и властвуй.

— Максат Байрамович, как думаете, когда начнется и как будет проходить процесс транзита власти Бердымухаммедова, по-видимому, с этим связаны анонсированные изменения конституции Туркменистана?

— Сценарий транзита власти остался один. После проведённых незаконных изменений Конституции, Бердымухаммедов назначает себя руководителем так называемой верхней палаты парламента и организует выборы нового президента Туркменистана и на этих выборах единогласно избирается его сын. Власти ничего не хотят менять — коррупционных чиновников устраивает статус-кво. Страна молчаливо готовится к смене руководителя, которым с большой долей вероятности может стать сын президента Сердар. В настоящее время он возглавляет Ахалский велаят (область).

Туркменской власти не нужна оппозиция, но она не учитывает того, что вся социально-политическая ситуация в стране может, в конце концов, взорваться. У Бердымухамедова, кроме сына, других вариантов больше нет. Потому что нет гарантий, что новый глава не станет избавляться от предыдущего правителя и его семьи. Если даже такой человек появится, то Бердымухамедову конкуренты не нужны — он от них избавится.

— А возможны какие-то другие сценарии, факторы в этом процессе?

— Еще один фактор, который может сыграть против сына главы Туркмении, это то, что у него нет команды, с помощью, которой он мог бы удержать свою власть. Подобная ситуация может привести к плачевным последствиям — межплеменной войне. По этой причине мы предлагали Бердымухамедову создать условия для формирования нового парламента с новыми партиями. Ведь нынешние кадры во власти — это малообразованные люди, которые только выполняют приказы и большая их часть коррумпирована. Он нас не хочет слышать.

Наш народ боится, но он готов к переменам, люди все видят и слышат. Они этого ждут. Мы и весь мир видим, что в стране нет лидеров, которые могли бы объединить людей.

Хотелось бы отметить еще один момент: мы не призываем к насилию, как некоторые лица, которые находятся за границей и говорят о том, чтобы свергнуть власть. Это было наглядно видно в тот момент, когда начали распространять информацию в СМИ о смерти президента, и мы тогда заявили, что это неприемлемо.

— В некоторых публикациях утверждается, что помощник Г. Бердымухаммедова Виктор Храмов, а также первый заместитель управляющего делами аппарата президента Александр Жадан направляют процесс принятия решений в Туркменистане. В действительности все так и происходит и связаны ли эти люди с какими-то другими элитными группировками?

— Да, это действительно так и есть! Эти персонажи, конечно же, связаны с элитными группировками мира!

Подготовил политолог Талгат Мамырайымов

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Источник

Поделиться с друзьями
Моря и океаны
Adblock
detector