истории волонтеров в детских домах

Как я стал волонтёром детского хосписа

Глядя на рекламные щиты с призывами помочь хосписам, я отправлял свои благотворительные СМС тем, «кому реально можно помочь».

А потом я услышал впервые словосочетание «детский хоспис». Ужаснулся и забыл. Потом увидел кросспост в мордокниге от кого-то из знакомых. Перекрестился, выпил рюмашку и снова забыл. Потом опять попалась на глаза активность хосписа в социальных сетях. Перевел денег, но задумался. Если я, взрослый мужик, так стараюсь забыть о том, что есть детские хосписы, то наверняка таких людей куча. И «нормальные» люди будут помогать там, где есть ярко выраженный позитивный эффект. Например, пристраивать котиков.

Зашел на сайт детского хосписа «Дом с маяком», что в Москве. Почитал информацию для волонтеров. Ушел. Вернулся через пару недель и перечитал. И отправил анкету. Честно написал, что хрен его знает могу ли я быть полезен и готов ли морально помочь, но хотел бы попробовать. В графе «Причины» честно написал, что слишком легко вылетает из головы их страшное учреждение и я подозреваю недостаток рабочих рук. 🙂

Через несколько дней после заполнения анкеты со мной связались и пригласили на собеседование. Такие встречи проводятся несколько раз в месяц, там рассказывают о хосписе, расспрашивают о тебе и отвечают на все вопросы, которые ты задашь. Даже самые дурацкие. 🙂

После собеседования нас записали на ознакомительный семинар, которые проводятся несколько раз в месяц по субботам с 10 до 18 часов. Поскольку мужчин несколько меньше среди волонтеров (одиноким юношам на заметку), меня сразу попросили помогать на одном из мероприятий для подростков со СМА (абсолютно прекрасные ребята, которые рассекают на колясках и устраивают гонки).

Волонтеры помогают по одному или нескольким направлениям:

1. Автоволонтеры. Привезти детей и семьи на мероприятия, привезти врача или посылку. Можно помогать в свободное время, брать «попутные» загрузки, например, по пути от дома на работу. Этакий благотворительный убер. 🙂

3. Волонтеры-специалисты. Парикмахеры, фотографы, те, кто может провести какой-то мастер-класс. Помогают не только медикаментами или деньгами. Очень часто просят сделать прическу кому-то из мам детей на дому, когда она сама физически не может вырваться в парикмахерскую перед каким-то праздником. Или помочь с фотосъемкой дня рождения.

Как все происходит изнутри?

В зависимости от того, в какой группе волонтеров ты находишься, тебя подписывают на одну или несколько рассылок по электронной почте. Затем приходит 1-2 письма в день с описанием где, когда и как ты можешь помочь. Никакой обязаловки, увидел мероприятие, можешь и готов помочь, отписываешься координатору. Тебя записывают и приходит подробное письмо с инструкциями. Никакого спама, регистрации и СМС. 🙂

1. Когда вопрос денег вынесен за скобки, ты видишь реально добрых людей, которые по своей воле помогают ближним. Здорово помогает не разачароваться в людях.

2. Новые знакомства и общение с абсолютно разными людьми, начиная от девочек-припевочек и заканчивая здоровенными забитыми тату дядями.

3. Обучающие семинары и тренинги. И они реально полезны в повседневной жизни.

4. Учишься не осуждать ближнего и принимать его таким, каков он есть.

Про отношение к волонтерам. Они нас берегут, блин. ) Первое время вызывало улыбку, когда приезжаешь помочь потаскать мебель, тебя поят чаем/кофе, хрупкие девушки лезут страховать под шкаф, который ты несешь, когда застенчиво спрашивают можешь ли ты остаться на дополнительный час. Потом объяснили, что стараются не перегружать волонтеров, т.к. у всех разный порог выгорания. И частый случай, когда человек берется активно помогать, помогает ударно и. пропадает через месяц.

Ребята, нам нужны автоволонтеры и просто волонтеры. Кому не жалко, нажмите под постом на плюсик, а потом рубаните мне минус под комментариями.

Источник

«В Доме малютки вас встретит гробовая тишина»

Волонтеры рассказали о работе с сиротами

Когда обычному домашнему ребенку исполняется 18 лет, его жизнь не меняется кардинально. Да, он совершеннолетний и теперь располагает большими свободами, получает право голоса на выборах, может сдать экзамен на водительские права, может жениться. Но совершеннолетие не является поводом для родителей собрать его чемодан, выставить на лестничную клетку и помахать ручкой: «Теперь ты взрослый, живи один, решай свои проблемы сам».

Нереальная картина? Но только не в том случае, когда совершеннолетний — воспитанник детского дома.

0eeeb638248e0f9e854935475913dcfa

«Волонтеры в помощь детям-сиротам» организуют для детдомов разные мастер-классы: по специальности бариста.

Конечно, на улице с чемоданом он не останется — государство обеспечит его жильем. Конечно, он может продолжить учебу, если совместно с другими воспитанниками уже поступил в училище — организованно и коллективно, не задумываясь, нравится ли ему будущая профессия. Но теперь, когда дверь детского дома за его спиной закрылась, на выпускника свалится нереальное количество задач и проблем, с которыми он не готов остаться наедине. Потому что никто и никогда не учил его делать выбор, принимать решения самостоятельно.

Ребенку на выходе из детского дома нужен рядом человек, который станет его другом и помощником, проводником во взрослой жизни. Сейчас с развитием волонтерского движения у ребенка появилась возможность такую помощь получить. В Москве и других городах работают организации, одним из направлений деятельности которых является социальная адаптация детей-сирот в современном бешеном и опасном мире.

Рассказывает Елена Альшанская, президент благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам»:

— Домашний ребенок в 18 лет никогда не порывает с нами полностью. Это постепенный уход от родительской опеки, то, чего нет у ребенка из детского дома. Хорошо, если у него остались теплые отношения с воспитателем и он может вернуться, чтобы навестить его. Но это редкий случай. Недавно одна выпускница детдома захотела прийти к своей воспитательнице, но ее не пустили дальше охраны, на территории посторонним находиться запрещено. Да, в некоторых учреждениях есть службы сопровождения детей после выпуска, где-то есть воспитатели, которые оставляют подопечным личные контакты. Но в основном происходит следующее: ребенок выходит из детского дома, и эта дверь навсегда захлопывается за ним. Вот почему ему нужен взрослый, который появился бы до выпуска, а в момент прощания с детским домом, когда от свободы у таких детей буквально взрывается мозг, остался бы рядом.

f210bd902f307ced06b11cf3bd43a28b

Мария Рыльникова, координатор проекта «Быть рядом» того же фонда, поясняет:

— Наставничество — это история индивидуальных отношений. Это длительное общение, когда волонтер встречается с ребенком раз в неделю, а на связи с ним 24 часа в сутки. Но уже за первую встречу можно дать ребенку многое, например, возможность выбирать. Это та самая возможность, которую ему не предоставляет система коллективного воспитания в детском доме. Жизнь в учреждении — это жизнь по расписанию, в рамках режима, и неважно, хочешь ты есть или в туалет, все идут по расписанию мыть руки, обедать и так далее. Наставничество — это не просто общение, а целый план помощи, разработанный совместно с психологом. Ребенок, который соглашается на наставника, понимает, что это его дополнительный ресурс, турбокнопка, которая может ему помочь в разных жизненных ситуациях. Путем общения ребенок может узнать, чего он на самом деле хочет. Потому что таким детям сложно осознать свои желания и потребности, так как они никогда не удовлетворялись. Волонтер помогает ребенку понять, что он имеет право чего-то хотеть.

Однажды волонтер-наставник пришла с ребенком в кафе и предложила ему заказать блюдо. Процесс выбора занял у подопечного 40 минут, он никак не мог определиться. Волонтер молчала и ждала, она хотела, чтобы этот выбор ребенок сделал самостоятельно. И вот взвесив все, изучив все меню, он наконец сделал заказ. Позже волонтер рассказала психологу об этой истории и отметила, что, по ее мнению, это была бесполезная встреча, поскольку масса времени ушла только на меню. Психолог возразил ей, что как раз эта встреча была самой полезной и что волонтер сделала для подопечного многое, дав ему почувствовать, что он может самостоятельно выбирать.

c54cdf899713a6a9bca3ae202a9871f3

— Наша задача, — продолжает Мария Рыльникова, — показать детям мир, с которым ему придется столкнуться после выпуска из детдома. Какие-то вещи, которые для нас естественны, поскольку мы выросли в семье, для них становятся настоящим открытием.

Пока ребенок в учреждении, он в относительной безопасности. Выпуск в реальную жизнь делает его легкой добычей для людей с не самыми лучшими намерениями. Выпускник детдома часто становится жертвой обмана. Задача волонтера в период подготовки — адаптировать ребенка к разным жизненным ситуациям. Ребенок из детдома задает человеку из внешнего мира вопросы, которые могут показаться нелепыми, например: «С кем ты живешь, у тебя тоже шесть соседок?» Он не знает, как сходить в магазин, как спланировать бюджет, как оплатить коммунальные услуги. Раньше в детских домах у воспитанников было больше свобод, они были знакомы с бытом, дежурили по кухне, занимались уборкой. Теперь огромное количество инструкций, СанПиНов ограничивают вовлечение детей в трудовой процесс, у них даже нет доступа к кухне, они не могут еду приготовить сами, а вдруг какая-то вспышка кишечной инфекции, за которую будет отвечать руководство? Они могут жить в учреждении, где им никто не предложит помыть пол, потому что нельзя использовать детский труд.

Читайте также:  международный день бокса история праздника

— Когда мы говорим, что дети из учреждений воспитываются как иждивенцы, речь идет о системной ошибке, — считает Мария Рыльникова. — Они лишены быта, поэтому общение с волонтером — это про жизнь.

3edcd53977448990723e6664f465d8c3

— Проблема современных учреждений, — продолжает Елена Альшанская, — это тотальное отсутствие у ребенка свободы и ответственности. И так было не всегда. Вспомните книгу «Республика ШКИД». Эта система строилась по-другому, у детей было много свободы, они могли гулять, отвечать за свои поступки, быть инициативными. А сегодня ребенок даже выйти из детского дома не может, одна директор недавно с гордостью сказала: «Наши дети за территорию не выходят, у нас полностью закрытое учреждение». В нынешней системе ребенок сильно инфантилизируется. Нет ответственности за собственные решения, все делается коллективно, по команде воспитателя. Даже поступление в училище. Подростков хором отправляют учиться туда, где есть общежитие, социальные работники. Так и происходит выбор профессии.

Волонтер-наставник в среднем общается с ребенком год, знакомясь с ним до выпуска из детского дома и сопровождая его первое время в самостоятельной жизни. Иногда спустя год общение прерывается по инициативе одной из сторон. Но если годовой порог пройден, то, как правило, этот союз существует очень долго, их связь не прерывается до 22–24 лет, несмотря на появление у подопечных семьи и детей.

Многие ли дети соглашаются на общение с таким наставником? Когда волонтеры приходят в детский дом и приглашают ребят к участию в проекте, то некоторые воспринимают это предложение настороженно. Но в итоге мало кто отказывается от общения с человеком, который может стать их личным взрослым.

— В проекте участвуют те, кто хочет, — рассказывает Елена Альшанская, — и это не большинство. Вот трое, например, согласились. Остальные наблюдают, видят, как меняются сверстники, когда к ним начинают ездить взрослые. Им тоже хочется индивидуального внимания. И так со временем подтягиваются другие дети.

На сегодняшний день у волонтера, помогающего детям-сиротам, женское лицо. Это очень разные люди. Средний возраст наставников колеблется от 30 до 48 лет. Наименьший процент — это люди от 18 до 22 лет. Редко в наставники идут те, кому за 50, хотя мы очень надеемся привлекать эту категорию, у них есть свободное время, навыки и опят работы с детьми.

Интересно, что европейские психологи советуют своим клиентам с личностными проблемами заниматься волонтерской деятельностью, тем самым восполняя эмоциональный вакуум, борясь с депрессией, спасаясь от одиночества под лозунгом «Помогая другому, ты помогаешь себе». Представители фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» эту идею не поддерживают. По мнению Марии Рыльниковой, человек в состоянии депрессии не может ничего дать ребенку:

— Более того, я считаю, что это состояние является противопоказанием для волонтерства. Мы проводим собеседования и тщательно тестируем кандидатов, многим отказываем по разным причинам. Опустошенный человек будет скорее не отдавать что-то, а забирать у ребенка. Да, волонтерами могут быть люди с богатым, но непростым жизненным опытом, с травмами, но осмысленными. Одинокий человек может быть активным, он не всегда несчастный. Однако острые состояния и недавние травмы помешают таким людям работать с детьми.

e48747ab8c82445fdc742eceba5bcc93

Обучение художественному творчеству…

Продолжает Елена Альшанская: «Я бы не воспринимала волонтерство как лекарство, наоборот, это то, что ты сам можешь дать, когда у тебя есть избыток сил, возможностей и когда ты готов к отдаче. Вот тогда ты получаешь смысл от того, что делаешь, а смысл в наше время дороже всего, он в дефиците. Но тут есть тонкий момент: нельзя ждать чрезмерной отдачи и примерять на себя роль спасителя мира, от которого зависят другие. Увы, не всегда твое влияние на чужую жизнь прекрасно, как кажется тебе, и можно навредить тому, кому помогаешь. Важно в социальной работе не считать себя богом, чтобы не было потом сожалений: «Я так старался, а он не поступил в институт». Ты не влияешь ни на кого, ты просто находишься рядом.

Администрация и персонал детских домов и больниц, с которыми волонтерские организации заключают договор, иногда проявляют недовольство их деятельностью. Сотрудников может пугать ситуация, когда авторитет волонтера становится выше, чем авторитет воспитателя. Когда это происходит, дети становятся непослушными, самостоятельными, знающими и понимающими, что им надо, уверенными в себе. С такими детьми намного сложнее работать, чем с теми, кто ведет себя пассивно.

— На начальном этапе общения с волонтером воспитатели видят, что дети начинают вести себя более вольготно, — говорит Елена Альшанская. — Важно объяснять персоналу, что стоит потерпеть ослабление поведения ребенка, так как у него появилось ощущение собственной свободы. Пока он молчаливый и все принимающий — он очень удобен. Но это может стать трагедией для него, когда он выйдет в 18 лет из детского дома и рядом не окажется никого, кто поднесет ложку к его рту.

— Иногда сотрудники могут попросить ограничить общение с волонтером, говоря, что ребенок испортился, — рассказывает Мария Рыльникова, — мы говорим: давайте это неудобство потерпим вместе. А терпеть приходится и тем и другим, ведь это только первый этап отношений ребенка и волонтера напоминает влюбленность. Потом начинается все как в любых отношениях: период охлаждения, обиды, разочарование. Наставник и подопечный проходят весь этот цикл вместе, учась преодолевать кризисы. То, как ребенок меняется, можно увидеть на примере младенца, которого волонтер впервые покачал на руках. Он чувствует тепло человеческого тела, не сознавая этого, но вспоминает, что криком может сигнализировать о своих потребностях. И начинает кричать, чем становится крайне неудобным для сотрудников. Если вы придете в Дом малютки, то в отличие от детского сада вас встретит тишина. Гробовая. Потому что, когда к ребенку не подходят, когда его потребности не удовлетворяются, он перестает звать. И то, что он начинает плакать, это значит, что он вспомнил о способе выражения своих желаний. Старшие дети, начиная общаться с волонтером, переходят из категории объектов в субъекты, ведь человек, который проявляет к ним интерес, может дать ребятам возможность почувствовать себя личностями. Например, когда я знакомлюсь с детьми и спрашиваю, как их зовут, как вы думаете, что они отвечают? Они называют свои фамилии. Я спрашиваю снова, и снова слышу: Иванов, Петров, Сидоров. Потому что всегда и везде они проходят под этими кодовыми наименованиями. И только когда я говорю ребенку: «Я Маша, а ты кто?» — до них, наконец, доходит, что меня интересует то, что до этого никого не интересовало.

Насколько сильно отличаются дети из детских домов от сверстников, у которых есть семья? Это зависит от того, какую часть жизни они провели в детском доме. Чем меньше времени, тем меньше и отпечаток. Если они прожили в учреждении с рождения до 18 лет, последствия будут, и тут важно, сможет ли такой человек социализироваться.

— На этот процесс влияют несколько факторов, — считает Елена Альшанская. — Во-первых, его биология, насколько он способен сопротивляться сложностям, во-вторых, были ли рядом значимые для него взрослые. Это очень важно, и если у ребенка такой поддержки не было, а сопротивляемость трудностям у него слабая, то это грустная история.

4430a1d7bd212a9bda99e2838857de7b

Биргит: как немка стала опекуном российских подростков

Биргит — гражданка Германии, которая 25 лет назад переехала в Россию. Ее дети выросли и выпорхнули из гнезда. Для Биргит, много лет отработавшей в сфере бизнес-консалтинга, встал вопрос о том, чтобы сделать в своей жизни что-то полезное. У нее было много сил, энергии и ресурсов, чтобы помогать людям. Она решила заняться благотворительностью и через фонд «Волонтеры в помощь детям-сиротам» стала наставником для подростка из детского дома. Речь шла о программе «Один волонтер — один ребенок», когда у воспитанника детского дома появляется личный взрослый, готовящий его к самостоятельной жизни. Биргит начала курировать мальчика-подростка, регулярно навещала его, они вместе гуляли по городу, ходили в кино, посещали футбольные матчи. У ребенка были родные брат и сестра, и на глазах Биргит произошла тяжелая история, когда семья, взявшая подростков под опеку, неожиданно вернула их в детский дом под предлогом «не справляемся». Детям стали искать новую семью, Биргит участвовала в этом. Звонки раздавались из разных городов России. Когда встал вопрос о том, что ребят могут увезти в Сибирь, в семью, где уже есть 18 детей, она осознала, что не может отдать детей, «своих» детей. Были сомнения и волнения, что ей, гражданке другого государства, можно оформить опеку. В итоге выяснилось, что с видом на жительство в России это возможно. Так в семье Биргит появились три подростка.

Читайте также:  нино нинидзе биография личная жизнь родители

Адаптация шла непросто. Дети выросли в детском доме потребителями, они не понимали ценности вещей, не были бережливыми, ведь взамен испорченного им всегда приносили новое. Они спокойно рвали и выбрасывали одежду, купленную в магазине, ели все подряд, но не доедали, выбрасывали. Они не понимали, что у вещей и продуктов есть цена. Сложности возникли и с учебой — педагогическая запущенность не позволяла ребятам освоить программу по русскому языку и математике, пришлось организовывать для них домашнее обучение и повторять весь материал, начиная со 2-го класса начальной школы.

c3e7525c8e5d534b5061672848f99bc2

Биргит оказалась требовательным опекуном. Она ввела штрафы за нецензурную лексику, вычитая из карманных денег по 50 рублей за каждое матерное слово. Есть требования, которые они должны соблюдать, например, возвращаться домой не позднее 22 часов. Для Биргит важно, чтобы они понимали: это семья, и здесь есть свои правила. Конечно, не все проходит гладко. Бывают у Биргит минуты отчаяния и тяжелой усталости. Но сейчас, по прошествии более чем полугода, она видит прогресс. Дети стали теплее, внимательнее к ней, у них появились чувства. Научились говорить «спасибо», извиняться, когда виноваты. Не хотят ее огорчать, интересуются ее делами и настроением, стали заботливее и внимательнее. Они осознают, что находятся не в гостях, а у себя дома. Опекун с самого начала давала детям свободу выбора, говорила, что если им тяжело, то они могут всегда вернуться в детский дом. Но ни один из них туда возвращаться не хочет. Что самое главное для приемных родителей? Биргит считает, что это чувство юмора и здоровый пофигизм. Особенно если вы становитесь опекуном сразу нескольких детей. Особенно если все они подростки.

3d7063c76b8e1edc2d84d77bf289ea32

Ирина: помочь подросткам найти дорогу

Ирина занялась волонтерской деятельностью, когда ей было 23 года. На это решение повлияла история ее жизни. Она росла без отца, а мама не давала ей достаточно любви и тепла. Ирина часто задумывалась о детях, живущих в детском доме, понимая, что если ей так одиноко и плохо, то как должно быть им, оставшимся без обоих родителей? Так она стала волонтером и уже 7 лет занимается этой деятельностью. Работа в ювелирной компании не помешала ей быть координатором группы наставников в детском доме.

Около двух лет она курировала мальчика, но потом, когда детский дом был расформирован, подросток переехал в другой регион. Ирина не забывала о воспитаннике, а он спустя годы нашел ее в соцсетях. Оказалось, что все это время мальчик пытался ее найти, хранил ее подарки, помнил подробности их встреч. Сейчас он совершеннолетний, окончил колледж, нашел работу, собирается завести семью. При встрече с ним Ирина плакала от счастья и от радости, что у этой истории счастливый конец. Она и ее воспитанник больше не теряются, постоянно на связи, созваниваются и видятся.

Теперь Ирина — временный опекун двоих мальчиков-подростков. Это дети с психологическими травмами и тяжелыми судьбами. Один живет в детском доме с рождения, второго за кражу вернула в учреждение приемная семья. С обоими мальчиками адаптация проходит нелегко. Были оскорбления со стороны старшего ребенка, он скандалил, пытался сам отказаться от наставника, не дожидаясь, пока Ирина бросит его. Младший красил волосы в розовый цвет, курил, попадал в полицию. Прошло не так много времени, но оба подростка изменились, стали более чуткими, боятся обидеть Ирину. Своей основной задачей наставник видит в их подготовке к взрослой жизни, в их социализации, ведь оба воспитанника детского дома инфантильны и в глубине души уверены, что окружающие всегда будут их жалеть. Им сложно общаться и ориентироваться в реальном мире. Ирина вспоминает, что для этих подростков поначалу было проблемой даже заговорить с продавцом в магазине или спросить у прохожего дорогу.

Источник

«Наши отношения — якорь для ребенка». Истории волонтеров, которые стали наставниками для воспитанников детдомов

«Наставничество» — программа новосибирского благотворительного фонда «Солнечный город». Проект помогает воспитанникам детских домов обрести взрослого человека, с которым можно посоветоваться и обсудить переживания. Сейчас в проекте участвуют волонтеры из 14 регионов.

Наставники рассказали «Таким делам», что им дает участие в проекте и почему ребенку из детского дома нужны длительные отношения, а не разовые посещения.

Персональные данные несовершеннолетних героев можно раскрывать только с согласия их родителей или опекунов.

Валерия, 31 год, Новосибирск

наставница 16-летнего Арсения (имена несовершеннолетних героев изменены)

Мы познакомились с Арсением, когда ему было 10 лет. Я приходила в качестве волонтера в его группу, мы мастерили поделки или выполняли уроки вместе с ребятами. Поначалу Арсений держался в стороне, но постепенно тоже стал принимать участие в занятиях. Мы проводили все больше времени вместе.

1 6

Арсений очень яркий и обаятельный, пишет музыку в стиле хип-хоп. Он легко идет на контакт даже с незнакомыми людьми. Арсений заботливый и добрый, отлично ладит с малышами. При этом у него взрывной характер, он может вести себя крайне вызывающе, за что его недолюбливают работники соцслужб. У Арсения бывают проблемы с законом, он несколько раз сбегал из детдома. Но, если бы люди дали себе шанс познакомиться с ним поближе, они бы увидели светлого человека.

Спустя два года общения я решила, что готова стать наставником Арсения. Ребята очень радуются, когда у них появляется наставник. В детском доме важно, чтобы у тебя было что-то свое, ведь все остальное — общее. Даже личную вещь могут забрать, испортить, а наставник — свой, собственный, он приходит только к тебе. Это очень важно для формирования личности — осознавать, что есть что-то, что никто не может тронуть.

У нас с Арсением много ярких, светлых воспоминаний. Особенно запомнилось 9 мая, когда мы гуляли по городу, — это был радостный солнечный день, на фото, сделанное тогда, я люблю смотреть до сих пор.

Бывали у нас и сложные моменты, но редко — Арсений даже не курит при мне, не то чтобы грубостей наговорить. Но однажды в преддверии его дня рождения я спросила, что ему подарить. Арсений попросил поздравить деньгами, а по правилам проекта деньги я ему давать не могу. Он не понял моих объяснений и, когда я уходила из детского дома, кричал вслед: «Ну и не приходи тогда больше!» Я навсегда запомню эту фразу. Но почему-то тогда я не обиделась — уже знала взрывной характер Арсения.

То ли в этот же день, то ли на следующий Арсений позвонил мне, извинялся, говорил: «Лера, я не хотел. Я не это имел в виду». Я сказала ему, что, конечно, все понимаю и снова приду. Но я бы все равно пришла, даже если бы он не позвонил и не захотел со мной разговаривать.

Мне кажется, наши отношения — это для него якорь. Даже когда Арсения болтает в разные стороны и он совершает необдуманные поступки, у него всегда есть человек, которому он важен. А я благодаря Арсению и волонтерству в детдоме ушла с офисной работы и стала преподавать физику в школе — по образованию я инженер-программист.

Я не могу сравнить роль, которую наставники играют в жизни подопечных, с ролью родителей, старших братьев, сестер или взрослых друзей. Наставник — это, скорее, сенсей, учитель, а подопечный — ученик, только не в школьном плане, а в жизненном.

Сейчас Арсению 16, он живет в Крыму со своей приемной семьей, я ездила к ним в гости. И, даже если наши дорожки разойдутся, я надеюсь, что этот опыт отношений поможет Арсению в дальнейшем.

Елена, 42 года, Томская область

наставница 17-летней Дарины

Из-за напряженного графика я долго сомневалась, стоит ли мне становиться наставником: я депутат города Асино, у меня есть своя семья, дети, работа и бизнес. Волновалась, что не будет хватать времени на встречи с подопечной, но получилось совсем по-другому: Дарина сделала мою жизнь ярче и насыщенней, с ней я научилась выкраивать время на посещение концертов и выставок, походы в кино и кафе.

2 5

Мы с Дариной познакомились два года назад, когда ей было 15. За это время мы очень сблизились и сейчас общаемся как подружки: смайлики друг другу отправляем в соцсетях, картинки — просто так, для хорошего настроения. Если мне нужна поддержка, она мне помогает, если ей — конечно, я.

Читайте также:  ларри вильямс биография трейдер

Дарина целеустремленная, веселая, эмоциональная. Если у нее бывают разногласия со сверстниками, она быстро забывает обиды. Любит фотографировать, рукодельничать, особенно хорошо у нее получается работать с волосами — прямо золотые руки. У Дарины большие планы на жизнь — хочет побыстрее начать работать, получить права (это сейчас ее самая заветная мечта) и купить машину.

В позапрошлом году Дарина приняла участие в конкурсе местной газеты, победитель должен был получить сертификат в самый дорогой магазин города и публикацию своего портрета на первой полосе. Мы с Дариной отправили ее фото с рассказом о ней, а дальше началось голосование. Эмоции зашкаливали и у нее, и у меня, и у всего детского дома, все голосовали и очень болели. Дарина победила — нашим восторгам не было предела. К Дарине, 16-летней тогда девчонке, приехал корреспондент из газеты, о ней написали большую статью, ее даже начали узнавать на улицах. Я рада, что все это мы пережили вместе.

Одно время я работала педагогом дополнительного образования в детском клубе, вела кружок, который посещали в том числе ребята из детдома. Но отношение таких детей к взрослым отличается: им проще довериться, если они знают, что ты, во-первых, делаешь это не за деньги, а во-вторых, если это продолжительное общение, во время которого ребенок успевает раскрыться.

Сейчас Дарина выпустилась из детского дома, но наше общение не прекратилось. Напротив, видеться мы стали чаще. Я надеюсь, наши отношения продолжатся и в дальнейшем.

Ирина, 29 лет, Иваново

наставница 13-летнего Паши

Наша первая встреча с Пашей в качестве наставника и подопечного состоялась этой весной и проходила в онлайне из-за карантина. Сижу я, разговариваю с Пашей по видеосвязи и вдруг замечаю, что мы, оказывается, совсем не одни: из-под стола, за которым сидит Паша, то макушка чья-то покажется, то бантик. Дело в том, что в Иванове мы были первой парой «наставник — подопечный», поэтому остальным ребятам из детского дома тоже очень хотелось посмотреть, как это все происходит.

3 2

Финальным аккордом стал паренек, который пришел чуть позже и пробирался от двери до стола почти ползком, прячась за спину Паши. И все ведь искренне верили, что я их не вижу! Это было забавно и трогательно.

До того как я стала наставником Паши, мы уже были знакомы с ним больше семи лет — с тех пор, как я начала приходить в детский дом в качестве волонтера, но тогда я не выделяла Пашу среди остальных ребят. Я была очень рада, когда по рекомендации психолога в рамках проекта мне определили в пару именно Пашу — по его и моему психотипу. Он спокойный, веселый и очень позитивный. Я по образованию режиссер, а Паша — театрал и талантливый актер, я видела его выступления в студии детского дома.

В самом начале я сомневалась, понравлюсь ли я Паше. Может, он ждет в наставники крутого мужчину — футболиста или летчика? Боялась, что ему будет со мной скучно. Но потом оказалось, что у нас много общих интересов. Мы, например, можем вместе послушать рок, обсудить исполнителей — у нас очень неформальные отношения.

С Пашей я расслабляюсь, могу позволить себе снова почувствовать себя подростком — оторваться, пошалить. Это совсем не то, как я веду себя со своим ребенком — с ним я примерная, иногда даже строгая мама. Это две совершенно разные социальные роли, их нельзя сравнивать.

Ребятам из детского дома на самом деле очень нужен наставник — человек, с которым можно посоветоваться и не получить по шапке за «неправильные» мысли, человек, которому можно выговориться, ведь воспитатель один и его на всех не хватит.

Благодаря Паше я научилась проще относиться к жизни. Я ответственный человек и могу поругать своего ребенка за проступок. Потом рассказываю об этом Паше, а он мне в ответ: «Ну ладно, он же ребенок, что такого. Не надо его ругать». И я думаю: «А что такого, действительно? Зачем я его ругаю?»

А еще наставничество дает мне возможность почувствовать, что я делаю что-то нужное, доброе, светлое, делаю чью-то жизнь лучше. Ведь каждому из нас на самом деле важно это осознавать.

Ксения, 34 года, Томск

наставница 16-летней Вики

С Викой мы познакомились не так давно — в мае. Она мне сразу понравилась — очень красивая смышленая девочка. Несмотря на то что Вика добрая и нежная, у нее есть характер, внутренний стержень. Кроме того, мы обе любим творчество, это помогло найти общий язык.

photo 2020 11 30 13 30 07 2 1

Из-за карантина наше знакомство проходило онлайн — не самые простые условия, чтобы открыться чужому человеку и наладить доверительное общение. Поэтому на первой встрече я решила провести мастер-класс по интуитивной живописи — это микс арт-терапии и рисования, который позволяет избавиться от напряжения, выразить эмоции на холсте. Мастер-класс помог нам сделать первый шаг к взаимопониманию.

Сейчас мы с Викой поддерживаем постоянную связь по WhatsApp, вместе посещаем разные мероприятия, например несколько раз ходили на бигль-встречи — и я, и Вика любим собак.

За эти полгода я очень привязалась к Вике, она для меня близкий человек, надеюсь, и я для нее. Даже если не нужно звонить по делу, возникает желание пообщаться, лишний раз узнать, как она. У меня пока нет своих детей и отношения с Викой позволяют мне делиться нерастраченной материнской энергией, а Вике, надеюсь, дают возможность почувствовать опору и поддержку взрослого человека.

Иногда Вика приятно удивляет меня своим самообладанием и рассудительностью. Так было и во время поступления в колледж этим летом: когда оставался последний день поступления, а она все еще не сдала экзамен, я распереживалась, а Вика, оказывается, уже все рассчитала — и подработать успела, и документы подала, и экзамен сдала вовремя.

Один из самых ярких моментов нашего общения — фотосессия, которая проходила в рамках проекта для наставников и их подопечных. Для нас с Викой это был радостный и волнующий процесс — мы подбирали образы и делились друг с другом одеждой, делали прически, а на фотосессию обе, не сговариваясь, пришли с красной помадой на губах. Думаю, этот день запомнится нам надолго.

Помочь

Оформить пожертвование без комиссии в пользу благотворительной организации

Ежемесячное пожертвование раз в месяц списывается с банковской карты или PayPal. В любой момент вы сможете отключить его.

Вы поможете нашему фонду, если добавите процент от пожертвования на развитие «Нужна помощь». Мы не берем комиссий с платежей, существуя только на ваши пожертвования.

Общая сумма пожертвования: 1 250 ₽

Скачайте и распечатайте квитанцию, заполните необходимые поля и оплатите ее в любом банке.

Пожертвование осуществляется на условиях публичной оферты

Введите ваш телефон

Введите вашу фамилию

Введите ваш телефон

Номер вашего телефона нужен, чтобы мы могли дополнительно подтвердить вашу личность и упростить вам доступ к личному кабинету. Мы не передаем ваши контактные данные сторонним организациям и не отправляем нежелательные рассылки.

Возможно, вы имели ввиду @gmail.com?

Возможно, вы имели ввиду @gmail.com?

Пожалуйста, подтвердите согласие

Пожалуйста, подтвердите согласие

Пожертвования на сумму менее 50 ₽ вы можете оформить с помощью смс или банковского перевода, тогда фонд меньше потратит на комиссию платежной системы.

Вы указали новые персональные данные. Хотите чтобы мы сохранили их в личном кабинете?

На вашем счете недостаточно средств для полной оплаты пожертвования. Выберите другой способ оплаты.

Выбрать способ оплаты

Произошла техническая ошибка на нашей стороне, мы уже работаем над ее устранением, попробуйте еще раз позже.

Новости

На Ваш почтовый ящик отправлено сообщение, содержащее ссылку для подтверждения правильности адреса. Пожалуйста, перейдите по ссылке для завершения подписки.

Если письмо не пришло в течение 15 минут, проверьте папку «Спам». Если письмо вдруг попало в эту папку, откройте письмо, нажмите кнопку «Не спам» и перейдите по ссылке подтверждения. Если же письма нет и в папке «Спам», попробуйте подписаться ещё раз. Возможно, вы ошиблись при вводе адреса.

Исключительные права на фото- и иные материалы принадлежат авторам. Любое размещение материалов на сторонних ресурсах необходимо согласовывать с правообладателями.

По всем вопросам обращайтесь на mne@nuzhnapomosh.ru

Нашли опечатку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter

Нашли опечатку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter

Благотворительный фонд помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь»

Адрес: 119270, г. Москва, Лужнецкая набережная, д. 2/4, стр. 16, помещение 405
ИНН: 9710001171
КПП: 770401001
ОГРН: 1157700014053
р/с 40703810701270000111
в ТОЧКА ПАО БАНКА «ФК ОТКРЫТИЕ»
к/с 30101810845250000999
БИК 044525999

Благотворительного фонда помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь» в отношении обработки персональных данных и сведения о реализуемых требованиях к защите персональных данных

Источник

Поделиться с друзьями
Моря и океаны
Adblock
detector