истории узников фашистских концлагерей

Освенцим, Бухенвальд, Маутхаузен: воспоминания узников (10 фото)

malickii

chuprin i v osvencim copy

Все материалы, которые мы использовали в этой публикации, предоставил нам кинорежиссер Вячеслав Серкез. У каждого из узников был свой путь, своя история. Общим же стало то, что, пройдя через ужасы концлагерей, эти люди сумели сохранить волю к жизни и веру в человечность.

«Вы попали в лагерь смерти»

«Нас везли почти что до рассвета. На рассвете нас остановили, вывели и пешком повели в лагерь Освенцим. В лагере Освенциме я был в 12-м блоке на карантине. Был такой порядок, что все, кто прибывает в лагерь, все должны пройти карантин. Карантин этот предусматривал то, чтобы не завезли, не привезли какой-нибудь болезни. Понимаете, они очень боялися сами».

Иван Васильевич Чуприн

1 malickii

Война застала шестнадцатилетнего Ивана Чуприна под Евпаторией, в маленьком колхозе под названием Совдов. Отец и два брата ушли на фронт, а он остался, чтобы помогать матери. Судьба же распорядилась иначе — немцы угнали его в Германию, в концлагеря. В бумагах Чуприна значилось тяжелое преступление: «помощь евреям и неподчинение солдату рейха». В Польше его сразу отделили от остальных и пристроили в колонну, которая направлялась Освенцим. Это было 12 июня 1942 года.

Освенцимский номер — 128735, бухенвальдский — 3216, из Маутхаузена — 112808. Иван Чуприн побывал в семи концлагерях, проведя за колючей проволокой тысячу шестьдесят шесть дней. Он же был единственным выжившим свидетелем смерти Дмитрия Карбышева.

Скончался Иван Васильевич Чуприн 24 марта 2013 года, не дожив всего месяц до выхода фильма о нем.

«Я впервые увидел — в полосатой этой одежде какой-то, только здесь у него нашито, не нашито, а повязка такая зеленая, написано „Капо“. Я тогда еще не знал, что это такое. Капо — это бригадир какой-то рабочей команды. Это потому-то поезд приходил к Биркенау. В Биркенау находились крематории, там находились газовые камеры, это Аушвенцайм. Освенцим два. Там был и женский лагерь, там был еврейский семейный лагерь, там был цыганский лагерь, там были крематории, там были газовые камеры, вот. А нас повели в центральный Аушвенцайм, где написано „работа делает свободным“. И ведут. А я там поляка спрашиваю: а почему, говорю, их в баню, они же из дому все, а мы говорю, из тюрьмы, и нас в лагерь опять? „Почекай почекай, пойдешь еще в баню. Пойдешь еще в баню, вон видишь труба, вот через трубу и пойдешь в баню“. Но я ничего не понял, что он сказал, почему через трубу и почему ждать мне эту баню».

Игорь Федорович Малицкий

Родился 12 февраля 1925 года в Харькове. В 1943 году был отправлен немецкими оккупантами в Германию, но сумел бежать на территории Чехословакии, за что был арестован и отправлен в тюрьму города Кладно.

Игорь Малицкий прошел через ужасы нескольких концлагерей: Терезин, Освенцим, Маутхаузен, а затем и его филиал «Линц 3». В начале мая 1945 года Малицкий принял участие в восстании и с группой заключенных ушел навстречу Красной армии.

Вернувшись на Родину, Игорь Федорович принимал активное участие в антифашистской деятельности и воспитании молодежи. Малицкий получил ученую степень и долгое время был заведующим кафедрой технологии машиностроения Украинской инженерно-педагогической академии.

Игорь Федорович до сих пор преподает и, что интересно, уже после 80-ти освоил персональный компьютер и теперь сам верстает свои учебные пособия.

alperin copy

Эмиль Григорьевич Альперин

До войны Эмиль Альперин жил в Одессе, а в октябре 1940 года был призван в армию, служил в Белостоке, в западной Белоруссии. Несколько раз попадал в плен, но каждый раз сбегал. Военнопленный Эмиль Альперин был вынужден придумать себе другое имя: Басманенко Дмитрий Александрович. С ним он и попал в Германию. Первым лагерем для него стал Штокенброк — лагерь для советских военнопленных. Вспоминая пребывание там, Эмиль Альперин говорил, что это были самые страшные дни его жизни. Затем был лагерь военнопленных в Бухенвальде, а после уже был бухенвальдский 25-й русский блок и работа на каменоломне. 11 апреля 1945 года Эмиль Альперин стал участником восстания в лагере смерти.

В 1963 году вместе с товарищами Эмиль Григорьевич создал и долгие годы возглавлял общественную организацию, объединившую бывших узников Харьковщины. Скончался Эмиль Григорьевич в октябре 2009 года.

osvobozhdennye uzniki buhenvalda 16 aprelja 1945 goda

«И там нам сразу начали штамповать номера по порядку, вот и мне дали номер сто восемьдесят восемь ноль пять. Ну, я его запомнил на многих языках, потому что из-за него мне выбили всю челюсть, зубы сразу, в этот же день, или я не помню — на второй день, когда нас строили и, соответственно, была перекличка. И вот он кричит цифры на немецком. Я в школе немного учил английский в восьмом классе, немецкого вообще не знал. Тогда он кричит по-польски — я тоже не понимаю, потом он сказал по-испански, а возле меня стоял испанец и говорит: „камарат, ты“. И я вышел. И он мне как дал сюда, так зубы у меня и вылезли. У него перчатка, на этой перчатке всегда носил то ли железяку, то ли цементяку — не знаю, что такое. У меня тут все распухло полностью, запомнил этот свой номер. Вот это я попал так в Освенцим».

Игорь Федорович Малицкий

«При подходе наших войск к Польше начали этот лагерь потихоньку эвакуировать и заключенных отправлять по разным другим лагерям. Ну, там старые заключенные были, немцы и поляки. И как сейчас помню, они боялись попасть в Гросроузен и в Маутхаузен: „ой, лучше бы, хотя бы попасть в Бухенвальд — это было бы счастье“. Ну, получилось так, что я попадаю в Маутхаузен».

Игорь Федорович Малицкий

«Нас завели в помещение бани. Там было очень тепло, очень светло, упали камнем на этот кафельный пол, уснули. По-моему, часа два, три пролежали, не больше. Где-то в часов пять зажегся свет и появились люди в полосатой одежде. И подошел наш русский товарищ, спрашивает — вы знаете, куда вы попали? — нет, мы не знаем. Вы попали в лагерь смерти Бухенвальд».

Эмиль Григорьевич Альперин

aushvic

«Вот лагерь — квадрат. Так вот знайте, что здесь — проходная, здесь направо — пищеблок, налево — это дом терпимости. Или как сказать, где в каждом лагере они держали при себе этих женщин, для своего удовольствия. И вот у этого блока мы так называли — красный кровяной пятачок. Что это значить? Это колонка, каменная колонка под воду. И вот так же тама, за малейшее какое-то нарушение людей собирали и заставляли лизать этот камень. Вот их 50 человек, каждый лезет и облизывает, шлихует этот камень. А зимою, когда мороз и когда люди притолкаются к этому камню, то шкура остается на этом камне и получается кровь. Поэтому в лагере его так и называли — кровяной пятачок».

Иван Васильевич Чуприн

«И вот находясь в этой комнате, напоминающей медицинский кабинет, заключенный никогда не думал, никогда и не подозревал, что эти несколько шагов он сейчас сделает последний раз в своей жизни. И лишь только планка ростомера опускалась над головой, как из соседней комнаты на уровне затылка эсэсовец проталкивал дуло пистолета — выстрел, обрывалась человеческая жизнь. Каждая минут — один труп».

Эмиль Григорьевич Альперин

«Ведь там не надо было выходить и считать, вот если только запели — это запела первая упряжка. Им что грузили, им камни грузили, эту тачку. Загружали тачку, ложили не очень много. Заставляли их бежать и петь. Их так называли — файден, ну „поющие лошадки“. Второй раз они подъезжают, им грузят больше, они уже не поють. А на третий раз они загружали так, что они уже с места не могут тронуть эту тачку и их всех отправляють в крематорию. И это сутками, это день и ночь, это происходит».

Иван Васильевич Чуприн

plennye mauthauzen

«Все время горели крематории»

«Мы вышли на работу разгружать вертушку с гнилыми шпалами у ям, где тогда была единственная одна крематория, с низкой пропускаемостью человеческих трупов. Она только и успевала перерабатывать трупы, от тех нечеловеческих условий, в которых люди не выживали и умирали. К этим ямам подвозили вот эти гнилые шпалы и вот первый раз мне пришлося видеть, как горят люди.

…И самое страшное, это было видеть — вот они мертвые, эти люди. Но они живые. Мы скорее брали шпалы и как можно быстрее мы текали от этой ямы — туда, дальше, чтобы не видеть этого и не слышать. От этого, что они горели на шпалах, они постепенно сдувалися, они лопали, и там создавался звук какого-то свиста, клокотания. Люди мертвые, но это все было живое».

Иван Васильевич Чуприн

«Наши военнопленные шли так, как евреи, потому что не был подписан у нас договор о военнопленных. Поэтому к нашим военнопленным относились так, как к евреям. До 11-го числа, их расстреливали, их выводили по сотне, так как в газовую камеру входит только сотня. 11-й блок, это были наши, советские военнопленные, ну, всех национальностей. Они все находилися в одном блоке. Вечером 11-го числа, когда мы пришли с работы, нас загнали, и мы услышали какой-то крик. Это забирали последнюю сотню людей, это последние уже были, последняя сотня военнопленных, вот этих, разных национальностей. И когда их вывели, один из них запел. И 100 человек подхватили эту песню, их даже не тронул конвой эсесовский. Им дали допеть эту песню, они взялись за руки и пошли в крематорию».

Иван Васильевич Чуприн

sovetskie soldaty obwajutsja s detmi osvobozhdennymi iz osvencima copy

«Все время горели крематории, все время дымили, дымили и дымили эти камеры, это, привыкнуть ко всему можно, но все-таки этот запах неприятный, вон иногда, вот тут вот как подожгут это самое… мусор, так сразу мне крематорий, сразу мне Освенцим в голове вспоминается».

Игорь Федорович Малицкий

«Чем же виноваты дети»

«Когда нас пригнали в Биркенау, и в эту баню, где шли вниз ступеньки в газовую камеру, нас заставили всех раздеться. Нас точно было 1300 человек. И мы когда разделись, мы не знали, что будет с нами, мы считали, что это пришел наш черед. Но нет, они забрали нашу одежду и пустили ее всю в дезинфекцию. И мы увидели здесь страшную картину — вот эта бетонная стена справа, к которой вели ступеньки вниз, там лежало 8 малюток детей, с разбитыми головами, у них сочилась кровь — с ротиков, с носиков, с ушиков. Мы смотрели, у нас замирало сердце. Мы не знали, что случилось с этими детьми. И вдруг мы услышали крик ребенка. Выскакивает фашист, держа этого ребенка, как какого-то гада за шею. Он не посмотрел, что нас 1300 человек, он взял за ноги этого малютку, ударил об эту стену, и бросил в 9-ку. Но ведь я же был не один. Нас было 1300 человек, и я искал, и я искал подтверждения, чтоб где-то, чего-то. И я нашел. Я нашел в 8-м томе Нюрнбергского процесса, когда Йозефу Крамеру — начальнику лагеря Освенцима — задали вопрос: уничтожали ли вы так людей. И вот посмотрите, я передаю слово в слово, как он сказал, он матерей обвинил, он сказал: да, мы так детей убивали, но лишь потому, что когда мы матерей с этими детьми отправляли в газовые камеры, матери не хотели брать с собой этих детей. Так скажите, какая мать, могла взять свою эту крошку и видеть, когда на глазах ее умираеть ее крошка».

Иван Васильевич Чуприн

«Чем же виноваты дети? Они, очевидно, виноваты лишь в том, что они были детьми. Их привели тоже для выполнения штрафной работы. Они так же носили нечистоты. Но носилок не на всех хватило. Им роздали ведра. И вот одному эсэсовцу показалось, что какой-то мальчишка набрал неполное ведро нечистот. Он подозвал его к себе, вырвал ведро, одел с нечистотами на голову и заставил бежать и тут же спустил с поводков немецких овчарок. Они повалили малыша, и тело его было разодрано в клочья».

Читайте также:  история в богимово официальный сайт

Эмиль Григорьевич Альперин

«И вот, когда мы вечером пришли с работы, то сказали — блока детского уже нету. Их всех уничтожили. Это был вечер. И вот это с правой стороны лагеря против цыганского, который там находился, их туда увозили и там их жгли. И день был такой — пасмурный и мелко моросил дождь. И давление, как бы сказать, само давление в природе, этот дым не сильно возвышался, а он как бы стелился над землею. Пламя, вырываясь с топок, на два три метра поднималось ввысь, и там соединялось это облако с дождевым облаком. И казалось, что обратно падали детские слезы, и материнские».

Иван Васильевич Чуприн

amerikanskie soldaty vstupajut v konclager buhenvald osvobozhden 11 aprelja 1945 godacopy

«Восьмого апреля в эфир полетели сигналы SOS. Подпольный комитет тоже создал радиопередатчик. „Нас хотят уничтожить, вы слышите голос узников Бухенвальда, окажите нам помощь“. Сигналы были адресованы командующему третьей союзной американской армии генералу Потону. И хотя сейчас достоверно известно, что американский генерал прилетал, принимал эти сигналы, но помощи узникам, представителям тридцати восьми национальностей, населявших Бухенвальд, представителям восемнадцати стран Европы, он никакой не оказал».

Эмиль Григорьевич Альперин

osvobozhdenie mauthauzen guzen

«В 17:00 — время, назначенное для уничтожения узников Бухенвальда, с Ваймера раздался телефонный звонок. Но к телефону подошел уже не эсэсовец, подошел бывший узник Бухенвальда Святослав Инеман. Его спрашивают, «как идет уничтожение?» «Уничтожение идет нормально», — отвечает бывший узник Бухенвальда. «Оказывают ли вам сопротивление?» — «Да, сопротивление нам оказывают, но мы успешно справляемся».

Эмиль Григорьевич Альперин

«Вышли мы, и вот по рядам передается от одного к другому: подбирайте все, чем можно бить. И вот там шли по дороге — а это через заводскую территорию, — там где-то железяки кусок, там палки, там камень, там еще что, и подбирали так потихоньку. И вот, как сейчас я помню — колонна большая нас шла, громадная, хвост еще в лагере, передок уже прошел через мост — дунайский там который был мост, — а мы находились как раз на середине. И вдруг: „За Родину, за Сталина“ — это русские кричали, и тут уже поднялись все кричать».

Игорь Федорович Малицкий

Вячеслав Серкез давно работает с темой концлагерей. На основе рассказов узников Вячеслав Иосифович снял документальное кино о страшных и трагических событиях, которые довелось пережить этим людям.

Фильм режиссера «20-й блок. Охота на зайцев» 16 апреля будет транслировать телеканал «Культура».

На специальный премьерный показ фильма, который устраивает проект «Кинопризыв», можно сходить 14 апреля в кинотеатр «Ролан».

Источник

«Малыши не так быстро умирали, как хотели нацисты»: воспоминания о детях – узниках концлагерей

11 апреля ежегодно во всем мире отмечается Международный день освобождения узников фашистских концлагерей. Эта дата была выбрана и утверждена ООН не случайно. В этот день в 1945 году произошло интернациональное восстание узников концлагеря Бухенвальд. К этому моменту (за восемь лет существования) в нем было замучено 56 тысяч человек, в том числе 19 тысяч советских военнопленных. Узнав о плачевном положении вермахта, узники решились на восстание. Им удалось захватить сторожевые вышки, удерживать лагерные площади и передавать в радиоэфир сигнал «SOS». В тот же день в Бухенвальд вошли войска Третьей армии США.

Концентрационные лагеря не были изобретением Третьего рейха, однако с 1933 года Германия организовала на собственной и оккупированной территории несколько десятков таких учреждений. Не все они были лагерями смерти, то есть предназначались для уничтожения. Лагерями смерти были Освенцим, Дахау, Собибор, Треблинка, Бухенвальд, Равенсбрюк, Хелмно, Белжец и Майданек. Однако условия в так называемых трудовых лагерях отличались не сильно. Чтобы понять, какой порядок навязывала миру нацистская Германия, стоит почитать воспоминания людей, прошедших через концлагеря. Одни из самых страшных страниц в них посвящены детям.

Рапорт акушерки из Освенцима

Всем известно, что Освенцим был местом чудовищных медицинских экспериментов Йозефа Менгеле, не гнушавшегося ни сшиванием близнецов, ни ампутацией конечностей у младенцев без анестезии. Если зверства Менгеле и примерное количество его жертв известны благодаря сохранившейся документации, то многих маленьких мучеников лагерная статистика не учитывала.

В церкви Святой Анны около Варшавы стоит скульптура женщины в полосатой робе, держащей в обеих руках по младенцу. Это памятник польской акушерке Станиславе Лещинской, которая два года была узницей в Освенциме, исполняя при этом профессиональный долг. Лишь в 1965 году она опубликовала свой рапорт, объяснив это «озабоченностью тенденциями, возникающими в польском обществе». Лещинская рассказала о том, что редко вспоминают, говоря о зверствах фашистов, – о судьбе беременных женщин, попадавших в концентрационные лагеря, и их малышей. Вот что говорилось в том рапорте:

«До мая 1943 года все дети, родившиеся в освенцимском лагере, зверским способом умерщвлялись: их топили в бочонке. Это делали медсестры Клара и Пфани. Первая была акушеркой по профессии и попала в лагерь за детоубийство. Поэтому она была лишена права работать по специальности. Ей было поручено делать то, для чего она была более пригодна. Также ей была доверена руководящая должность старосты барака. Для помощи к ней была приставлена немецкая уличная девка Пфани. После каждых родов из комнаты этих женщин до рожениц доносилось громкое бульканье и плеск воды. Вскоре после этого роженица могла увидеть тело своего ребенка, выброшенное из барака и разрываемое крысами».

В мае 1943 года голубоглазых и светловолосых детей из Освенцима начали отправлять в Германию с целью денационализации. Из лагеря их увозили под пронзительный плач матерей.

8805d8f459bc64ba51feec8c09881f6982d000440bd1a8ad4b80c07b9fd52467

«Еврейских детей продолжали топить с беспощадной жестокостью, – писала Лещинская. – Не было речи о том, чтобы спрятать еврейского ребенка или скрыть его среди не еврейских детей. Клара и Пфани попеременно внимательно следили за еврейскими женщинами во время родов. Рожденного ребенка татуировали номером матери, топили в бочонке и выбрасывали из барака. Судьба остальных детей была еще хуже: они умирали медленной голодной смертью. Их кожа становилась тонкой, словно пергаментной, сквозь нее просвечивали сухожилия, кровеносные сосуды и кости. Дольше всех держались за жизнь советские дети; из Советского Союза было около 50 процентов узниц».

По словам акушерки, за время ее пребывания в Освенциме ни один ребенок из примерно трех тысяч родившихся малышей, не появился на свет мертвым. Не было ни единого случая заражения и смерти женщины в результате родов. Удивительным образом младенцы рождались красивыми и пухленькими, хотя матерям приходилось долгое время отказываться от своего куска хлеба, чтобы выменять его на простынь, которую можно было порвать на пеленки. По данным Станиславы Лещинской, за два года несколько сотен детей было вывезено в Германию для денационализации, более 1500 утопили Клара и Пфани, более 1000 малышей умерли от голода и холода. Пережили лагерь не более 30 новорожденных. Все эти данные не учитывают периода работы лагеря смерти до конца апреля 1943 года. Освенцим был освобожден советскими войсками 27 января 1945 года.

Детский барак в Саласпилсском лагере

Саласпилсский лагерь, действовавший в 18 км от Риги с 1941-го по 1944 год, печально известен своей «фабрикой» по перекачке детской крови. Маленьких узников использовали в качестве доноров крови и кожи для раненых немцев, а также подопытных для испытания ядов. В 2017 году в Латвии вышел сборник воспоминаний бывших узников «Быль о Саласпилсе». Одна из них, Акилина Лелис, рассказала про суровую зиму 1943-го, в один из вечеров которой в лагерь пригнали большую группу людей из разных районов Беларуси:

«В баню гнали всех вместе: мужчин, женщин и детей. Делали большой крюк мимо лагерных бараков, чтобы дорога
была длиннее. Февральский мороз захватывал дух. Мы слышали, как плакали дети, прижимаясь к матерям, чтобы
согреться. Как спасти крошек от объятий ледяного ветра?! Матери со слезами на глазах прижимали к себе малышей
(там были и грудные дети), дышали на них, растирали и гладили голыми окоченевшими руками. Старшие (в возрасте
от двух до девяти лет) кое-как топали сами. Они плакали и умоляли, чтобы мамы отвели их домой. Мороз жег их
маленькие ножки, а дорога была длинной, и смех эсэсовцев – издевательский. Казалось, они не видят стянутые болью
в гримасу личики, не слышат отчаянные голоса. От нацистов нельзя требовать человечности. Они не знали, что это
такое».

После километра до бани и обратно голышом в стужу многие дети ночь не пережили. Многие заболели и умерли через несколько дней. Оставшихся детей до шести лет поместили в отдельный барак, старших увезли, и больше они не вернулись. Потом увезли матерей. Из числа новоприбывших также отобрали 20 наиболее красивых девушек, которых нарядили в одежду убитых евреек и увезли в публичные дома в Ригу для развлечения гитлеровских офицеров. В итоге в лагере остались маленькие дети, ухаживать за которыми взялись несколько женщин из числа узниц. «Малыши не так быстро умирали, как того желали нацисты», – констатировала Лелис.

«Когда мы, несколько женщин, которым доверили уход за детьми, явились в барак, перед нами открылась страшная картина. В бараке на голых нарах лежали полуголые дети разных возрастов. Некоторые из них умели только ползать, многие не могли даже сидеть. От ужасного запаха можно было задохнуться. Пятьсот детей в течение нескольких дней все свои естественные надобности отправляли тут же, в бараке. Груднички так перепачкались, что не видать было глаз», – с содроганием вспоминала она.

00b3076ac6cbd65cf889f09d0eb639991cdabd55d08133908a363402ecb2c537 wikipedia.org. Надпись «За этими воротами стонет земля» на входе в Саласпиллский мемориальный ансамбль

Помочь принести воду вызвались узники-мужчины. На то, чтобы обмыть всех детей, потребовалось 12 часов. Одежду в грязи и вшах приходилось сжигать, замену искали в женских бараках, из тряпья сшили пеленки и рубашечки, однако дети плакали от голода. Дневной паек узников состоял из кусочка хлеба, кружки черного кофе и миски вонючей баланды из отходов, в которой могли плавать головы кильки, овощные очистки, пустые банки из-под консервов и старые подметки. Помог один из работников кухни комендатуры, который тайком доставал молоко. Его разбавляли кипяченой водой и давали младенцам и самым слабым детям, но этого было катастрофически мало. Вскоре в бараке начали распространяться болезни, в том числе корь и дизентерия. Ежедневно умирали десятки маленьких узников, от живых старались как можно быстрее избавиться: больных корью начинали часто купать и что-то им впрыскивали, отчего через несколько дней у детей вытекали глаза.

Саласпиллский лагерь был почти полностью сожжен перед приходом советских войск в 1944 году. Заключенные были перевезены в концлагерь Штуттгоф.

Источник

«Непионерские лагеря». Истории малолетних узников фашистских концлагерей

lorisochka 6152bf6c095e3

Зеркала без отражений. Распоротая игрушка. «Душ» газовой душегубки. 16 листов страха и боли. До конца июня в Томском художественном музее можно побывать на выставке «Непионерские лагеря» новосибирской художницы и дизайнера Елены Третьяковой. Елена активно сотрудничает с Новосибирским союзом бывших малолетних узников концлагерей (НСБМУ). Несколько лет назад она начала записывать интервью с членами союза. Десятки рассказов от лица детей, которые выжили, легли в основу книги воспоминаний «Непионерские лагеря». Некоторые — стали частью одноименного арт-проекта. О его своевременности, о смысле заново переживать травму, о трагедии, которая не кончилась с окончанием войны, рассказывают Елена Третьякова и герои ее проекта.

2bda50d9 1a7c 421f ab07 6cd73b4cfaf6

Непионерская правда. Страх и Бессилие

Монохромная графика. Черные ширмы инсталляций. Ощущение погружения во мрак, несмотря на то, что выставочный зал — светлый. Страх — синоним оккупации в арт-повествовании Елены Третьяковой.

f222b09e ecd9 4e3a 996d c06029a2cb60

Во вводной к выставке — сжатые сведения про план колонизации и германизации восточных территорий «Ост» («. нам нужны русские пространства без русских»); «план голода» за авторством рейхсминистра продовольствия Бакке («. пока от голода не умрет 20-30 млн человек»); «окончательное решение еврейского вопроса» на территории СССР. Там же одной строкой цифры: от жестоких условий оккупационного режима — голода, расстрелов, болезней — погибло более 4 млн человек.

Читайте также:  испорченная кредитная история что это значит

Александр Койфман, 1928 г.р. Жмеринское гетто, Украина: «На улице мы появлялись только с нарукавными повязками белого цвета, на которых чернилами была нарисована шестиконечная звезда. Затем повязки заменили на значок: желтая шестиконечная звезда на черном фоне. ».

e00e5b2a b887 4bc2 a799 579d7e54e1fd

Тамара Жаркова, 1935 г.р. Лагерь близ города Быдгощ, бывший немецкий Бромберг: «. Нахождение еврейского населения в одном обособленном месте упрощало задачу его дальнейшего уничтожения. Перед расстрелом фашисты заставляли евреев вырыть ямы, после чего их раздевали и убивали. Детей, как правило, бросали живьем в ямы с расстрелянными взрослыми и заживо закапывали. К нашему соседу, еврейскому дедушке, милейшему человеку, приехали накануне войны две внучки из Ленинграда на каникулы. И дедушку, и внучек расстреляли в один из первых дней оккупации».

3bf1a3a4 99f1 4b8f b6a3 7bd9496099da

Тамара Кузьмина (Капленкова), 1930 г.р. Лагерь близ города Быдгощ, бывший немецкий Бромберг: «Однажды нас всех согнали на площадь — повесили двух десятилетних мальчиков. Нам сказали, что они были партизанами, и такая участь ждет всех, кто будет содействовать им».

3d230974 c7d6 45e7 99af 27a4d45ca6f8

Лариса Коробкина, 1940 г.р. Трудовой лагерь близ Мюнхена: «Мы укрывались в партизанском отряде. Женщины с детьми сидели у костра. У каждой матери — трое или пятеро. Внезапно налетели бандеровцы. В панике матери не могли спасти всех детей, кто-то убежал, кто-то не успел. Может быть, спасая хоть кого-то в лесу, матери надеялись, что каратели оставшихся детей не тронут. Все пойманные дети были жестоко заколоты. Одна мать сошла с ума от горя и так и не позволила похоронить свою трехлетнюю дочь. Ее трупик я увидела потом в землянке. Она лежала в свечном свете. Мне показалось, что убитая девочка была покрыта рыбьей чешуей. А это каждый сантиметр ее тела был исколот лезвием «финки».

25a5f9a2 02c0 4d2f af45 8e84e5a516b3

То, что блицкрига не будет, стало понятно в ноябре 1941-го. Пользы из оккупированных территорий немцы для себя старались извлечь по максимуму. Вводили трудовую повинность, отправляли население в трудовые лагеря. По официальным данным, на принудительные работы в Германию и другие европейские страны до 1945 года были угнаны более 5 млн человек. Остарбайтерами чаще всего становились жители Украинской и Белорусской ССР.

07cb2e67 0c9e 413e ad5d f6e4ee8fbc8f

Лидия Решетникова (Гриневич), 1941 г.р. Лагерь Зенфтенберг, Германия: «В 1943 году ночью нас выгнали из дома, забрали все, что было, облили дом бензином и подожгли. Брат Иван сбежал в партизаны. Нас же погрузили в товарняк и повезли в неизвестном направлении».

Берта Циерт (Вирх), 1939 г.р. Лагерь Торн, Польша: «По дороге в лагерь отец умер от побоев на нарах вагона. У людей, потерявших близких в такой момент, нет никакой возможности захоронить тело. Мертвых просто скидывают с поезда».

244a5db4 6f60 4700 8db1 826afa1596a9

Таисия Булатова (Кузьмина), 1933 г.р. Концлагерь в городе Хермсдорф, Германия: «Привезли в Германию, в концлагерь Бухенвальд на санобработку. В Бухенвальде стоял не один эшелон военнопленных и гражданских, сама видела. Играла немецкая музыка, дети кричали. Огромная кирпичная труба. Из нее валит вонючий черный дым. Нас, вновь прибывших, загнали строем в баню. Заходишь, раздеваешься. У двери сидит врач, проверяет сердце, глаза, все досконально. Впереди две двери: справа и слева. Стоят немцы с автоматами. Врач показывает пальцем, кому в какую дверь заходить. О значении этого жеста знали лишь те, кто ранее был заключен в лагеря. Только они понимали, что нужно постараться во что бы то ни стало выглядеть максимально здоровым. Когда вымылись, на полу осталась куча одежды. Уже не нужной. Ее владельцев отправили в другую дверь. »

35c7d0cc b207 4887 9547 79d59d4aa481

Прошедших первую селекцию остарбайтеров распределяли по концлагерям и биржам труда. Часть попадала в работники к фермерам-бауэрам — в качестве батраков или прислуги. Тему принудительного переселения народов Елена Третьякова обозначила словом «Бессилие»: «Задачей фашистских концлагерей было физическое и моральное уничтожение личности. Здесь лишали человека даже имени. Вместо него был только номер заключенного. »

c884ace5 de2f 4e21 a7bc 7c4a350d4129

Метафорой уничтожения личности в инсталляциях Елены Третьяковой стали зеркала без отражения — разбитые, закрашенные, занавешенные. Человек не видит себя — он больше не существует.

0a7fc2ad ca6a 4823 9f0a 3ee6d789ed7d

Из 5,3 млн остарбайтеров по окончании войны на родину вернулись 2,6 млн человек. Полмиллиона остались в Европе. Более двух миллионов погибли. Многие — в молодом и детском возрасте. Символ бессилия — игрушка под потолком. Тот же прием, что использован в новосибирской Арке Памяти.

Арка памяти

6ae799f2 73fb 4aa2 99f4 4337b799da3e

В новосибирском парке, где находится Монумент славы, в выходной день многолюдно. Кто-то гоняет по дорожкам на самокатах и великах, кто-то занимается йогой на газоне, дети с азартом штурмуют танки, самолеты и прочую военную технику.

095a6170 cfba 444a ac56 310f3bc9f59f

С художницей Еленой Третьяковой встречаемся у Арки Памяти. По контрасту здесь как будто пустынно. Уходящие ввысь блоки одновременно напоминают и ворота концлагеря, и разорванное звено цепи. Из их поверхности проступают лица. Изломанная истощенная фигура словно парит в воздухе — вместе с игрушками, висящими на цепях. Открытая в 2017 году Арка Памяти — последняя работа новосибирского скульптора Санду Бортника.

c9ecf147 66c8 44e2 b5d6 6a7442433e6c

«Санду был моим учителем в художественном училище и моим другом после окончания учебы, — говорит Елена Третьякова. — Однажды на Санду вышел Григорий Шихваргер из Новосибирского союза бывших малолетних узников концлагерей и предложил сделать барельеф Николая Симакова. Это наш земляк, новосибирец, который был одним из руководителей сопротивления в Бухенвальде — его именем сейчас называется школа. Через Санду Бортника я и познакомилась с НСБМУ и дружу с ними уже много лет».

76f8ae08 81a3 4210 88ef 2b8b4eea04b8

По словам Елены, если бы ей несколько лет назад сказали, что она будет рисовать про войну — не поверила бы. В сибирском художественном сообществе она известна как художник-иллюстратор. В сети можно посмотреть ее графику к опере Шостаковича «Катерина Измайлова или Леди Макбет Мценского уезда» по Лескову или к роману Сологуба «Мелкий бес». Сейчас работает над циклами про раннехристианских мучеников — святого Лаврентия, святого Варфоломея:

«Работать с травмой, с психологическим состоянием человека — это моя тема».

С союзом бывших узников Елена Третьякова сотрудничает не только как дизайнер. Как журналист она собирала материал для книги воспоминаний «Непионерские лагеря». Встречалась с людьми. Записывала интервью. Вместе с ними переживала их неизжитую травму: «Меня про арт-проект сейчас спрашивают — как ты его вообще сделала, это же так тяжело? Самым тяжелым было слушать эти истории. Послушаю одну и хожу целый день, думаю — ни спать не могу, ничего. »

4c2c09b0 9b98 40a3 8c15 78c7738d7d74

Алла Зайдман, 1929 г.р. Концлагерь Дора, Тюрингия: «. Нашу улицу перегородили, нам всем нашили на одежду желтые звезды и стали готовить какие-то списки. Однажды снова пришел тот полицейский, который спасал маму, и сказал: «Дети должны уйти». Бабушка обрезала мои кудрявые волосы, повязала мне по-старушечьи платок, и мы с братом ушли в соседнее село за семь километров, жили у бабушкиных учеников. Нас приняли хорошо, кормили, мы работали по хозяйству, как крестьянские дети. Но очень скучали по дому. И вот однажды вечером я не выдержала, решила навестить бабушку и Нэлу. Сейчас, конечно, понимаю, какую глупость совершила. Но тогда мне было так мало лет, что я просто не могла помыслить о плохом.

Город встретил меня гнетущей тишиной. Я уже подходила к дому, когда услышала шум толпы. Тут же спряталась в окопчике. А когда услышала, что людская толпа приближается, выглянула оттуда. И увидела огромную колонну людей, которую вели гитлеровцы с автоматами. И в этой толпе — соседка Мария Моисеевна с Нэлой. Я закричала и кинулась к ним. Немцы впихнули меня в строй. Когда людей стали выстраивать у огромной ямы, Мария Моисеевна прошептала нам: «Я скину вас пораньше, падайте в яму и ждите темноты». И когда прозвучали первые выстрелы, она успела нас столкнуть, прежде, чем автоматная очередь достигла нашего края.

77 лет — это целая жизнь. Но и ее недостаточно, чтобы забыть ужас 11-летней девочки, очнувшейся в темноте среди мертвецов, до хрипоты звавшей близких, и не услышавшей ни звука в ответ».

145f476f aeab 45d8 a671 5d8bac135c08

Евгения Кошелевская, 1937 г.р. Пересыльный лагерь в Германии: «В этом лагере, названия я которого, к сожалению, не помню, мы простояли два месяца. Не найдя вновь прибывшим узникам скорого применения, нас оставили жить в теплушках у дороги. Помню, я наблюдала, как в одной стороне лагеря теснились бараки, а в другой — печи. Труба крематория постоянно дымила, издавая сладковатый запах: наши войска приближались, и немцам нужно было «заметать следы», уничтожая заключенных. Папа запрещал мне выходить на улицу, он говорил, что дым от печей едкий и липкий, а мыться нам было негде и нечем.

После освобождения вернулись в родную деревню, разрушенную до основания и заросшую крапивой и лебедой. Повсюду, куда не глянь, стояли таблички «МИНЫ», «ПРОХОДА НЕТ, МИНЫ», оставленные нашими солдатами. В деревню приехали саперы, постепенно стали появляться таблички «ПРОХОД — МИН ЗДЕСЬ НЕТ». Помню огромную кучу игрушек, к которой нам запрещено было даже приближаться, внутри каждой игрушки была спрятана мина. Но несмотря на помощь саперов, разминеров, многие жители погибали или оставались калеками, лишались пальцев, рук, ног. Минные поля, оставленные как немцами, так и нашими войсками, делали труд колхозника очень опасным, люди постоянно рисковали стать жертвой подрыва. Уязвимы были и дети, особенно мальчишки, интересовавшиеся каждой железкой и проволочкой.

После войны в деревне осталось много неубранных и непогребенных тел, здесь шли сражения. Жители деревни вместе с детьми ходили по полям и окрестным лесам с корзинками и собирали кости. Когда найдешь череп, в корзине быстро заканчивалось свободное место. На краю поля стояла телега с большим ящиком, мы ссыпали туда все найденное и шли опять. »

0a35d919 d777 4a92 8905 27d3492797a3

На предложение поделиться воспоминаниями для книги респонденты Елены Третьяковой реагировали по-разному. Одни говорили, что не рассказывали ничего ни детям, ни внукам, не расскажут и никому другому. Другие, напротив, чувствовали потребность выговориться — «пусть люди обо всем узнают, мы столько лет молчали. ».

43add93f 7ff2 4cb0 a5d8 615dbe65f947

И книга воспоминаний «Непионерские лагеря», и арт-проект — это очередное погружение в травму. Казалось бы, столько лет прошло с той войны — зачем людям вновь эмоционально переживать все те ужасы?

— Это — напоминание. О том, к чему приводит жестокость и нетерпимость. Я считаю, что люди сейчас жестокие, в том числе, и по отношению к старикам. И дети про войну мало что знают. Именно — чтобы помнили. Чтобы вспоминали стариков не только в День победы. Чтобы память и уважение были постоянно, день за днем. Звонила людям, когда собирала материал — многие одинокие, нищие, забытые. Представьте, они с 1945-го до 1992-го года никому не могли рассказать то, что пережили. Ни детям, ни друзьям. Они всю жизнь жили с этим, носили все это в себе — я не представляю, как они все это выдерживали.

А что в 1992-м изменилось?

— Вышел указ Ельцина, и бывших узников концлагерей и гетто приравняли к участникам Великой Отечественной войны. Правда, после этого указа нужно было подтвердить, что они действительно находились в концлагерях — начались многолетние мытарства со сбором документов: нужно было писать запросы в архивы, кто-то ездил в Белоруссию, в Украину, где можно было какие-то документы найти. Кто-то вообще не дожил до этой даты.

2db562ad 34df 4d84 be6f ca756524ad49

В общей сложности, в книгу вошли около сотни историй — кратких, как биографические сведения, и развернутых, как документальные очерки. Одна из них — Григория Шихваргера, нынешнего зампредседателя НСБМУ.

Мертвая петля Григория Шихваргера

1e918f1d c19c 4928 81e5 24ca51631abc

Григорию Шихваргеру 83. Он с готовностью откликнулся на предложение поговорить о проекте «Непионерские лагеря». На встречу приехал с получасовым запасом: пунктуальность — отличительная черта отличника народного просвещения, бывшего директора школы и замначальника горотдела образования. Такая же, как ЗОЖ — каждое утро Григорий Авраамович встает в 5 утра и идет гулять. Ежедневный план — 10 тысяч шагов.

b124e53b 0e6f 40f0 8415 0e8a5b1b83fe

«Моя история — это история практически всех советских людей того времени, — говорит Григорий Шихваргер. — Тех, кто жили в европейской части и были близки к территории, где шли военные действия. Я родился в городе Тульчин Винницкой области. Город, где жил в ссылке Суворов, имел поместье Пестель, куда приезжал Пушкин, который оставил такие строки в своем «Евгении Онегине»: «И над холмами Тульчина, где Витгенштейновы дружины, Днепром подмытые равнины. ». Когда была объявлена война, мой отец и старший брат, который только-только получил аттестат, были призваны в армию. Они прошли весь путь, оба остались живы. А мать с тремя мальчишками — 14-ти,12-ти лет и трехлетним мной попыталась эвакуироваться. Но немцы наступали так быстро, что подводы развернули с полдороги обратно. После этого никто не распаковывал домашний скарб — знали, сейчас войдут немцы, будут свои порядки…»

Читайте также:  игенбергс петер андреас биография

f38ce7c3 e111 454a b0ab 9b78bc4cf7b8

По словам Григория Шихваргера, всех евреев Тульчина собрали и погнали колонной пешком за 30 км от города. Идти было тяжело, особенно старикам и детям — стояла поздняя украинская осень, конец ноября-декабрь, мощеных дорог было мало, ноги увязали в размокшем черноземе. Отставших расстреливали. Пунктом назначения был город Печора на реке Буг. В нем стоял работающий дом отдыха. Его огородили колючей проволокой. И устроили там концлагерь. В народе он получил название «Мертвая петля».

88311e4a 4f7a 4f30 b0de fd64167c97d6

«Смысл — петлю затягивают, и ее не развязать, — говорит Григорий Шихваргер. — Я вам назову цифру — через этот лагерь прошли 40 тысяч человек. Это были жители Молдавии, Белоруссии, румыны и даже немцы. Лагерь — это не тюрьма, в тюрьме есть режим, порядок, питание. В лагере никто не кормил. Юрисдикция лагеря была румынской. Румыны считались более демократичными, чем немцы. Сами они не расстреливали. Но также не кормили и не поили. И люди, которые здесь находились, мечтали, чтобы их лучше убили. Потому что голод — это самое страшное. Он толкает человека на все, на преступления в том числе. Примеры, которые известны из Ленинграда — когда мать хранила мертвого ребенка на улице в мороз, чтобы кормить других детей… В «Мертвой петле» из 40 тысяч в живых осталось 400 человек. А наша семья выжила благодаря моим старшим братьям — они, подростки, время от времени проползали под проволокой за пределы лагеря, им удавалось что-то выпрашивать у деревенских и приносить в лагерь. ».

6206b356 7530 40a9 9c09 1f7fad051526

d9e9fe85 f157 4e48 ad4a 1b86473c7cba

После этого Григорий Шихваргер стал охотнее принимать участие во встречах, посвященных войне и патриотическому воспитанию. Экспромтом, например, присоединился к уроку патриотизма, который проходил рядом как раз во время нашего разговора — ведущая с мегафоном привела группу школьников в защитного цвета накидках накануне 9 мая к Арке Памяти:

624b66ce 1441 4a27 aa00 72091dfb2854

— (Ведущая) Если вы внимательно посмотрите на Арку, вы увидите решетки из-за которых выглядывают лица. Это Арка Памяти тем, кто прошел через лагеря, кто погиб… А игрушки у них были, как вы думаете?

— (Григорий Шихваргер) В концлагере было страшно. Это закрытое помещение. Колючая проволока. Когда есть охранники. Когда никто не кормит. Только расстреливают.

— (Дети) А чем расстреливали?

— (Дети) А долго вы там были?

— (ГШ) Долго, четыре года.

— (Дети) Вас не кормили? Без еды можно прожить две недели… А вы как-то добывали еду?

— (ГШ) Братья у крестьян из ближайших деревень выпрашивали еду.

— (Ведущая) Ребята, что пожелаем?

— (Дети) Удачи! Хорошего дня!

Ад, Рай и Недописанное Возвращение

cee09c84 c46f 46cf bbf6 3e174fa93f3b

Сейчас в Новосибирском союзе бывших малолетних узников около 150 человек, когда союз только создавался, в 90-х — было около 300. Григорий Шихваргер не любит округленных цифр, но точнее сказать возможности нет — он не уверен, что смогли найти и объединить всех:

«Самое главное — это люди самых разных национальностей. Потому что, когда говорят об узниках концлагерей, часто ассоциируют их с евреями. Нет — евреев у нас сейчас осталось пять человек, было 10. А в основном это русские, украинцы, прибалты, немцы, в том числе, которые прошли через самые разные лагеря. Многие — через гетто. »

bc0cabdc 5618 475e b791 b4a39398e8d2

В аннотации к своей выставке — а именно, к той ее части, что называется «Ад. Фашистские концентрационные лагеря» Елена Третьякова приводит такую статистическую информацию: «Во время Второй Мировой войны существовало несколько десятков типов лагерей Третьего рейха. Вот лишь некоторые из них: лагеря военнопленных (Дулаги, Шталаги, Офлаги и т.д.), трудовые лагеря (например, для «восточных рабочих»), «лагеря смерти», созданные для массового уничтожения евреев (Хелмно, Треблинка, Собибор, Майданек, Освенцим, Белжец), собственно концентрационные лагеря (Дахау, Бухенвальд)… Общее количество концентрационных лагерей, их филиалов, тюрем, гетто в оккупированных странах Европы и в самой Германии — 14 033 пункта. По официальным данным ВС РФ, их 18 млн граждан стран Европы, прошедших через лагеря различного назначения, было уничтожено более 11 млн человек».

c274ed44 ff31 4f3c 8f6e 810c9f949ce1

Людмила Карлова, 1939 г.р. Концлагеря в Германии: «Мама работала на заводе фирмы «Герион», день и ночь стояла у станка по выделке деталей. Работа была каторжная. На груди у всех работников был нашит знак «OST». Мама носила ботинки на толстой деревянной подошве с картонным верхом и спецодежду из стекловолокна. Халат на ней обвисал от худобы. Иногда работницы саботировали: «ломался» инструмент, «не заводился» станок. Мама мучилась от сознания того, что работает на фашистов, а ее муж и три брата сражаются на фронте. Тоогда она еще не знала, что никого из них уже нет в живых. Однажды мама подставила правую руку под резец станка и получила травму. Рану грубо зашили, пальцы руки больше не действовали… В сентябре 1944 нас перевели в лагерь города Нюрнберга. Здесь было больше бараков и истощенных голодом людей. Мама не работала, пока не зажила рука. Затем ей вручили лопату и отправили копать землю. Детей выводили «гулять» на городскую помойку. Мы радовались, когда находили цветные лоскутки и стеклышки — это были наши игрушки. ».

b0fb118c e943 44f3 8284 adafd2574ec5

НСБМУ появился в Новосибирске в 1994, спустя шесть лет после учреждения в Киеве Международного союза, в который вошли Россия, Украина, Белоруссия, страны Балтии, Болгария. Случилось это с большим запозданием, считает Григорий Шихваргер:

«Тема узников вообще и малолетних узников в частности — была табу для советского времени. И мы все, кто имеет косвенное или прямое отношение, никогда не говорили на эту тему даже между собой, с друзьями, с которыми встречались после войны. Банальный уже пример — судьба нашего земляка, узника Бухенвальда Николая Симакова, которого мы чтим и сделали музей его памяти. После того, как Николай Симаков освободился из концлагеря, он сразу попал в тюрьму в СССР. Отсидел чуть больше года, пока его фамилия не появилась в открытой печати — в немецком журнале, где были перечислены члены международного подполья. Только после этого его освободили. Это была стандартная ситуация. Когда приходили из плена, никто ведь не спрашивал — по каким причинам был плен. Такое было время. Поэтому никакого союза раньше появиться просто не могло. Сталин игнорировал эту сторону. А Европа уже до 60-х годов фактически имела договоры с Германией — поскольку Германия признала себя виновницей, проводились какие-то выплаты. »

1fc36672 1969 427f b942 3a75ae569b47

Любовь Варганова, 1939 г.р. Концлагерь, Литва: «Осенью 1944 года мы были освобождены. В проверочном пункте нас спросили: «Откуда вы?», затем выдали справку и отправили до Ишима. Кроме это справки у нас с собой ничего не было. В этом же пункте проверки нас снабдили в дорогу продовольственным пайком, хотя нам его и не хватило на весь путь. Приехав домой, сразу отправились в военкомат. Мне к тому времени было уже шесть лет, и я помню тот день не по рассказам матери. За столом сидел фронтовик с увечьями. Я помню, как обращаясь ко мне лично, он наказал: «Деточка, забудь все, что с тобой было до этого дня, и никогда никому не говори, где ты была. »

e9d4d15c ca21 4613 8d65 ab1f464d596d

Ольга Дедюхина, 1937 г.р. Лагеря Польши — спецпоселение под Бердском: «Когда мы только приехали, многие кричали нам вслед: «Фашисты! Предатели», как будто мы были виноваты, чтобы были в немецком плену. Дети меня даже били. »

Валентина Парфенова (Демичева), 1937 г.р. Трудовой концлагерь в Тюрингии: «Когда американцы передавали нас советской стороне, принимающий офицер сказал мне: «А ты, малявка, навсегда забудь, что была в плену и никогда об этом не упоминай». Я тогда не понимала, что он имел в виду и что спас меня».

ef97670e eaa7 4f58 b94a 85fc632edbce

В предисловии к последней части выставки под названием «Рай. Освобождение» Елена Третьякова пишет: «После освобождения оставшихся в живых узников концлагерей, гетто и мест принудительного заключения началась их репатриация в Советский Союз, и им всем пришлось пройти через сито советских проверочно-фильтрационных лагерей. К лету 1945 года на территории СССР действовало 26 проверочно-фильтрационных лагерей и 43 спецлагеря.

На территории Германии и других стран Восточной Европы имелось еще 74 проверочно-фильтрационных лагеря и 22 сборно-пересылочных пункта. Во все лагеря получили доступ представители советской репатриационной комиссии (СРК). Проверка в лагерях освобожденных граждан была возложена на проверочные комиссии представителей НКВД, НКГБ и СМЕРШ…

Лиц, вызывавших недоверие, группировали в особые команды и под охраной отправляли в СССР в так называемые «спецпоселения», в Сибирь или в отдаленные северные районы. Если проверочная комиссия считала необходимым, семьи разлучались. И продолжалась жизнь в бараках, подневольное существование и принудительный труд. »

9d9d8866 4d44 4886 b563 400a00ce96c1

Амалия Матейс, 1929 г.р. Дахау — принудительная высылка в Новосибирск: «Мы были насильно высланы в Новосибирск, и жили абсолютно несвободными. Об Украине можно было забыть, поскольку нам запрещено было покидать границы места своей высылки, Новосибирск, в течение 25 лет. В любую ночь к нам могли прийти сотрудники НКВД и проверить, на месте ли мы. Однажды мне нужно было уехать в поселок Криводановка близ Новосибирска. Я пошла в комендатуру НКВД и написала заявление с просьбой позволить мне выехать всего один раз на один день. Мне отказали… Прошло много лет. Я поехала подлечиться в санаторий. И каково же было мое удивление и отвращение, когда за завтраком в сидящем напротив меня, за моим же столиком, человеке я узнала того самого Жанаурова, который приходил ко мне ночью с проверками, который ставил мне ежемесячно штампы, который подписал отказом мое единственное прошение на однократный выезд. Я тут же вышла из-за стола. Разумеется, он меня не помнил. Но я-то никогда не забуду его лица. Мы поговорили. «Я всего лишь делал свою работу, я не мог поступить иначе».

6010916f a39d 462b 8bcc 39a2931f0aea

Последние четыре листа графики «Непионерских лагерей» должны были быть предпоследними. Всего листов задумывалось 20. Пятая часть должна была называться «Возвращение».

c1c2a363 e63c 4f7f a5b5 870bc0b66c97

«Я планировала посвятить их именно тем людям, которые не прошли проверку в фильтрационном лагере, и были отправлены дальше — уже в наши, советские лагеря, — говорит Елена Третьякова. — И этот момент был для меня самым болезненным, тяжелым. Я решила пока остановиться на теме Освобождения. Но, конечно, эти последние листы мне не дают покоя. И, видимо, я их все-таки сделаю. Потому что трагедия продолжалась. И про это было много историй. Конечно, когда человек сидит в лагере врага — это одно. Когда он сидит уже на своей родине — это другое. И как раз эти люди — самые закрытые, конечно».

5ccbfdfa 45cc 41f0 9fe8 ba2019ca01ca

Интерес к теме будет расти, считает Елена Третьякова. Ветеранов становится все меньше, патриотический фокус, скорее всего, все больше будет смещаться в сторону детей войны и малолетних узников. Елене уже поступили предложения привезти выставку в Москву — в центр Холокоста и в Салехард. Ну а пока все желающие могут лично погрузиться в атмосферу «Непионерских лагерей» в Томске — выставку продлили еще на месяц, до 30 июня.

1d02f9c1 d693 4e1e bf92 4ef878288baf

Из музейной книги отзывов:

«Огромное спасибо Елене за ее рисунки и за собранные воспоминания. Такие впечатления заставляют ценить жизнь, какой бы тяжелой она ни казалась. Ведь кто-то выжил! Несмотря на такой до тошноты бесчеловечный ужас, с которым пришлось столкнуться. Тошнота, мурашки, слезы и благодарность! Екатерина».

«Все известно о страшном Холокосте, но рисунки сами говорят о том ужасе, который пережили дети и их матери. Забыть нельзя, нельзя допустить повторения тех ужасов. С.Р.»

Источник

Поделиться с друзьями
Моря и океаны
Adblock
detector